Беру тебя в жены

Вопросы о том, как он к ней попал и знает ли она о местонахождении «Книги тайн», по-прежнему оставались открытыми, И пока он не узнает ответов на эти вопросы, не отступится.

Эдисон посмотрел вниз и с облегчением убедился, что в саду никого не было. Затем он размотал обмотанную вокруг пояса веревку. Один конец выбросил из окна, другой закрепил. Пару раз дернул. Веревка держалась крепко.

С удовлетворением отметив, что еще не забыл, как завязывать узлы Ванзы, Стоукс вылез из окна. Упираясь ногами в стену, Эдисон быстро спустился вниз, в тень, отбрасываемую живой изгородью.

Благополучно приземлившись, он подергал веревку из стороны в сторону. Узел на верхнем конце распустился, и веревка упала к его ногам.

Неплохо, учитывая, что он уже более десяти лет не практиковался.

Эдисон немного постоял в тени, обдумывая, что делать дальше. Из бальной залы все еще доносилась музыка. Было почти два часа ночи, но веселье не затихало.

Если он вернется в бальную залу, то, скорее всего ему снова придется отбиваться от Миранды. А напряженных физических упражнений на сегодня достаточно. Ему уже давно не восемнадцать.

Единственные приставания, которые он согласился бы терпеть, могли исходить только от его новой помощницы.

Мысль об Эмме заставила Стоукса улыбнуться. Ему пришло в голову, что он наверняка обрел бы необходимую юношескую прыть, чтобы удовлетворить любые ее прихоти. К несчастью, маловероятно, что его призовут продемонстрировать, на что он способен в этой сфере.

Проклятый вопрос добродетели!

Эдисон принял решение и вернулся в замок через вход рядом с кухней, которым мало пользовались, незаметно проскользнув на заднюю лестницу.

На втором этаже Стоукс свернул и направился по коридору к своей комнате. Остановившись перед дверью, он достал из кармана ключ, но не сразу вставил его в замок. Свет от соседнего стеклянного светильника был тусклым, но Стоукс все же сумел определить, что на слое тонкого серого порошка, которым он до этого присыпал ручку, не было отпечатков пальцев. После того как он ушел на ужин, в комнату никто не входил.

Это была несущественная предосторожность, но Ванза учила, что предусмотрительность гораздо ценнее непредусмотрительности.

Интересно, подумал Эдисон, надо ли беспокоиться из-за того, что чем дольше тянется это дело, тем чаще он прибегает к былым навыкам.

Он вошел в комнату и закрыл дверь.

Тихий, нерешительный стук последовал буквально минуту спустя — Стоукс едва успел зажечь свечу у кровати.

Он застонал: Миранда! Эта женщина полна решимости внести его в список своих побед.

Стоукс подошел к двери и открыл ее ровно настолько, чтобы через щель можно было говорить.

— Миранда, боюсь, у меня раскалывается голова…

— Мистер Стоукс. Сэр, это я.

Он рывком распахнул дверь.