Бернаут

До сих пор не верилось. Еще раз бросив взгляд на кольцо из белого золота на пальце, я поглубже засунула руку в карман и вышла из здания. Как я объясню это Кэсси? Ведь ей я наврала, что еду на свадьбу двоюродной сестры Бланжа в Фресно.

Казалось, она радовалась за меня сильнее, чем я сама. Даже вызвалась старое платье переделать. Да с таким энтузиазмом, что неудобно было отказать.

– Странный дресс-код, – бормотала подруга, зажав в зубах пару булавок и подгоняя платье под мой размер. – Кто одевает гостей на свадьбе в белое?

Я лишь пожала плечами, осторожно предположив:

– Кажется, Бен и Джей Ло?

– Сто процентов задали моду, – согласилась подруга. Тут же, приподняв подол, добавила: – Может, укоротим?

– Зачем?

– Если там будет лестница, то с девяностодевятипроцентной вероятностью в этом ты с нее навернешься, – рассмеялась Кэсс.

Я ущипнула ее за плечо. Из нас двоих это я всю жизнь падала, спотыкалась, билась бедрами об углы столов и поскальзывалась там, где поскользнулся было в принципе невозможно.

– Конечно, мы можем сделать ставку на то, что он тебя поймает, но обычно такие фишки только в фильмах исправно работают. В жизни ты распластываешься перед всей его родней и позоришься с триумфом.

– Кэсс… Ты не делаешь мне легче, – простонала я.

Она сочувственно посмотрела на меня снизу вверх:

– Тогда укорочу. Но ты будешь обязана выложить мне в понедельник все подробности. Поклянись.

– Клянусь, – сказала я, думая о том, что теперь наверняка придется еще и за дешевый мотель сотню выложить: вряд ли кто-то возвращается со свадьбы в другом городе тем же вечером. Конечно, хотелось рассказать Кэсс правду, но даже я понимала: чем меньше людей о ней узнает, тем крепче будет наша с Бланжем легенда.

Наступил понедельник, автобус неумолимо приближал меня к университетской остановке, а я все еще не знала, как выкрутиться. Ложь никогда не была моей сильной стороной. Я даже думала подзадержаться немного на улице, но линейные уравнения были не той темой, на экзамен по которой стоило опаздывать. К тому же у меня висел долг по выполненным работам, поэтому пришлось собрать все силы и решительность и идти. Кэсс ожидаемо обнаружилась возле аудитории и, радостно улыбаясь, оттащила меня в сторону, сгорая от любопытства.

– Ну как? – заговорщически прошептала она. – Произвела фурор? Что его родственники сказали? Ты им понравилась?

– Подожди, подожди, не всё сразу.

Возле аудитории уже начала собираться толпа. Мистер Швейнштейгер, достаточно молодой, но уже невыносимо принципиальный преподаватель, всегда минут на пятнадцать опаздывал, а мы этим фактом бессовестно пользовались. Но так как сегодня был экзамен, все пришли вовремя, и теперь в коридоре стоял мерный гул.