Берлинский транзит

У нас произошло преступление в поезде Москва — Берлин, и здесь появился человек, который утверждает, что в нашем отделении Интерпола могут его знать. Его зовут… — он назвал имя и фамилию.

— Скажите Дронго, — попросил эксперт.

— Он называет себя непонятным именем Дронго, — повторил Виммер.

— Мы ничего не знаем о таком человеке, — ответил ему офицер, дежуривший в Интерполе. — Как, вы сказали, его называют?

— Дронго.

— Извините, но нам ничего о таком не известно. У нас нет никаких данных на этого человека. Я как раз проверяю по нашей картотеке. Нет. У нас ничего нет.

Виммер взглянул на Дронго.

— Они вас не знают, — сказал он, — во всяком случае, вы не числитесь в их картотеке.

— Надеюсь, что не числюсь, — вздохнул Дронго, — я ведь не преступник, а эксперт. Хотя сейчас все равно.

— Что значит все равно? — не понял Реннер. — Вы отняли у нас столько времени. — И он выругался по-немецки.

— Погибший был известным криминальным авторитетом, — сообщил Дронго.

— Мы это уже знаем, — ответил комиссар, — сейчас мы пытаемся уточнить все детали. Кажется, по паспорту он числился как Георгий Цверава.

— По паспорту — да. Но в преступном мире он был известен под именем Жоры Бакинского. Он был «вором в законе», и его убийство, очевидно, готовили очень серьезные люди.

Реннер и Виммер переглянулись.

— Садитесь, — показал комиссар на свободный стул, кивком отпуская офицера.

Дронго сел.

— Мы вас слушаем, — сказал комиссар.

— Он был со своей спутницей, — начал рассказ Дронго, — в соседнем вагоне ехали несколько их телохранителей, чтобы не привлекать внимания. Перед вашим прибытием они получили указание срочно покинуть состав. Не знаю, как их фамилии, но звали их Захар и Руслан. Полагаю, что проводник соседнего вагона сумеет точно назвать их фамилии. Был еще один, который сошел в Бресте. Насколько я понял, у погибшего среди вещей могло быть оружие, если его не взяли убийцы. Или убийца.

— Ваше купе находится рядом, — вспомнил Виммер, — и вы утверждаете, что являетесь известным экспертом, связанным с Интерполом. Каким образом этого человека и его спутницу убили так тихо, что вы ничего не слышали?

— Я действительно ничего не слышал, — признался Дронго, — но у меня есть свои соображения…

— Мы не знаем, можно ли вам верить, — перебил его комиссар Реннер, — поэтому не нужно пока излагать ваши соображения. Давайте пройдемся по фактам. Что вам еще известно?

По-английски он говорил с чудовищным немецким акцентом. Виммер говорил гораздо лучше.

— Хорошо. Оба телохранителя убитого пребывали в полной панике. Они явно не ожидали ничего подобного, очень переживали. Что касается погибшего, то, очевидно, это была месть его соперников. Я думаю, что его убили в купе и только затем перенесли в туалет.