Беременность на миллион

В дверь тихо стучат, и я позволяю войти. Это Руслан – как всегда с ворохом покупок для меня и любимого сына. Целует меня в губы, задевая колючей щетиной и говорит, что ужасно соскучился. Словно услышав вкрадчивый папин голос Егор хмурит бровки, поджимает губки и заходится в истошном плаче. У меня сердце не на месте, когда он так кричит, но я понимаю, что это всего лишь цветочки на пути познания материнства.

Зимин берёт сына на руки, придерживает крошечную головку своей мощной рукой и особенно нежно его целует, после чего сын тут же успокаивается и замолкает. Взаимоотношения Руслана с сыном не похожи ни на что больше – рядом с Егоркой Зимин не бесчувственный робот, не железный человек, не суровый бизнесмен – он просто любящий и заботливый папа, который глотку перегрызет за того, что нарушит его семейную идиллию.

- Вагин сказал, что завтра вас готовят на выписку. Как думаешь – твоих коллег стоит приглашать? – спрашивает Руслан.

- Разве только Веру, историка и физрука Серёжу.

Руслан недовольно хмурится при упоминании последнего, но немного подумав кивает.

- Эм… Саш, кажется он только что покакал, - произносит спустя минуту и морщит нос.

- Ты же хотел когда-то стать отцом-одиночкой, - усмехаюсь, глядя на то, как у Руслана слезятся глаза от резкого запаха. – Так что справляйся.

И он справляется – снимает пиджак, закатывает рукава на белоснежной рубашке, послабляет галстук и закидывает его на плечо. Расстегивает липучки подгузника, закашливается, закрывает нос большим и указательным пальцем и проделывает все нужные манипуляции чувствуя себя при этом героем победоносно улыбаясь.

На выписку съезжается больше гостей, чем на нашу скромную свадьбу, которую мы с Русланом организовали полгода назад в Риме. Счастливый дед Сергей Борисович берет на руки внука и сияет словно рождественская ёлка всем и каждому рассказывая суть нашего с ним давнего спора.

- А я говорил, Верочка! – обращается к моей подруге, которая придерживает рукой округлый живот. - Не поверите, но я говорил, что у «внучки» обязательно отрастет пенис. Да какой! Ох, Егорка – разведчик ты мой! Да я же с тебя, родненький, глаз не спущу. Будем с тобой уххх в войнушку играть, в казаков-разбойников, я научу тебя ходить строевым шагом, собирать автомат за тридцать секунд, а засыпать ты научишься только после моего крика «Рота отбой!».

Я нервно забираю у Сергея Борисовича сына предчувствуя мировую войну между нами в ближайшем будущем. Но всё это будет потом, не сразу.

Мама трогательно поздравляет меня с рождением сына со слезами на глазах, целует в щеку, дарит подарки и передает эстафетную палочку другим. Физрук Серёжа вручает Егорке боксёрскую грушу и надеется на то, что мой сын однажды станет известным боксёром.