Беременная от моего друга

— Как ты…? — в горле образовывается тугой ком, мешающий мне нормально говорить.

— Кудряш, подойди ко мне, я не кусаюсь, — произносит Громов.

Я слушаюсь его и делаю несколько шагов навстречу. Сажусь на край кровати, осторожно тянусь к его руке и накрываю своей. Его синие глаза непрерывно на меня смотрят. Так глубоко и долго, что хочется в них утонуть.

— Я испугалась за тебя, Илья, — говорю почти шепотом. — Пообещай, что больше не станешь меня так пугать.

Громов приподнимает в воздух руку и касается моей щеки. Его прикосновение вызывает у меня целую гамму эмоций, потому что он гладит меня пальцами особенно нежно и горячо.

— Все будет хорошо, Кудряш.

Дверь в палату открывается, и медсестра Оля заносит штатив с медикаментами, которые нужно вводить Илье внутривенно. Всё же, реанимация — это не место для таких вот спонтанных свиданий и встреч.

Я отшатываюсь в сторону, делаю вид, что изучаю историю его болезни, но, судя по смеющейся улыбке Громова, из меня совершенно никудышная актриса.

* * *— Прикроешь меня, я хочу свинтить пораньше, — просит Дашка под конец рабочего дня.

Заведующий отделением у нас очень строгий, поэтому опоздания и любые нарушения дисциплины заканчиваются прилюдной поркой и выговором.

— Ты куда собралась? — отрываю взгляд от бумаг и смотрю на подругу.

Она подводит губы красным, обильно пудрит нос. Распускает свои длинные волосы, и довольная собой, крутится перед зеркалом.

— На свидание, — звучит её ответ. — Он холост, никогда не был женат, ипотек и кредитов нет, и, кажется, совершенно не употребляет алкоголь.

— Закодирован? — спрашиваю шутя.

— Тьфу на тебя, Аля! — обиженно кривит губы подруга. — Лучше пожелай мне удачи!

— Удачи, Даш. Я правда надеюсь на то, что в этот раз у тебя всё получится.

Подруга убегает, оставляя меня в ординаторской одну. Рабочий день подбегает к концу, больничные коридоры опустели, а моё волнение за самочувствие Громова всё равно зашкаливает. За эти часы я уже, должно быть, достала медсестру Олю своими вопросами и звонками.

Во время обеденного перерыва я всё же собралась с духом и позвонила его матери для того, чтобы успокоить. Обычно такие слова мне даются с огромным трудом, но тут у меня нашлись мотивы и силы. Сказала, что нужно немного подождать и её обязательно пустят к сыну.

На столе вибрирует мобильный и я, не глядя на экран, снимаю трубку.

— Аль, ты скоро заканчиваешь? — спрашивает Ромка.

— Через полчаса буду свободна.

— Я хотел бы увидеть Илью. Устроишь встречу?

— Прости, у меня нет таких полномочий, Ром. Я даже матери его не разрешила приходить, пока Громова не переведут в общую палату.

— Жаль, — вздыхает Игнашев. — Давай я заберу тебя?

— Хорошо, — соглашаюсь я.

Ромка заверяет меня, что будет возле больницы примерно через полчаса.