Беременная для Палача

— Знаешь. И что с этого? Разве тебе нужна внебрачная дочь?

— Считаешь, что я откажусь от своего ребенка?

— Мне бы этого хотелось.

— Нет, я этого не сделаю. Я хочу, чтобы Соня носила мою фамилию и в документах я буду значиться, как отец.

— Подожди, — я подняла одну ладонь и сдвинула брови на переносице. — Ты слишком сильно торопишься. Я хочу, чтобы ты еще подумал. Я уверена, что ты поймешь, что моя дочь тебе не нужна. Как оказалось, ты не бесплоден. Найди себе жену и она нарожает тебе детей.

— Я не откажусь от своей дочери.

— Она не твоя.

— Тест ДНК показал, что моя.

— Он не имеет значения! — я не выдержала и повысила голос, после чего прикусила губу и посмотрела на Соню. Пусть она еще была совсем маленькой, но ругаться при ней мне не хотелось.

Я шумно выдохнула, после чего ненадолго закрыла глаза. Открывая их, сказала:

— Я не хочу, чтобы у Сони была твоя фамилия. Это даже не обсуждается. Хочешь быть записан в документах, как ее отец? — я поджала губы, но все же продолжила: — Хорошо. Я не против, но хочу знать, в чем будет проявляться твое присутствие в ее жизни. Я не хочу, чтобы ее касались твоя религия и традиции твоего народа.

Некоторое время Амиран молчал и его взгляд казался невыносимо тяжелым, но в итоге он ответил:

— Хорошо. Ты будешь воспитывать нашу дочь, так как хочешь, но, если будет мальчик, его буду воспитывать я.

— Какой мальчик? — я приподняла бровь, не понимая, о чем он говорил. На это Палач ничего не ответил. Вместо этого он сказал:

— Но фамилия у Сони должна быть моя.

— Я этого не хочу, — я сразу напряглась, но, качнув головой, попыталась вернуть спокойствие. — У Сони будет моя фамилия.

— Это мы позже обсудим, — Амиран посмотрел мне в глаза. Сделал это как-то странно.

— Я не думаю, что изменю свою позицию.

На это Амиран тоже ничего не ответил, а я, увидев, что вода в кастрюле выкипала, вернулась к приготовлению пюре. Как только оно было готово и остыло до нужной температуры, я накормила Соню. Малышка задорно играла погремушками и смеялась, но ела с удовольствием. При этом, Амиран остался на кухне и я чувствовала, что он неотрывно смотрел на нас.

Мне это не нравилось. Было бы лучше, если бы Палач отнесся к нам с безразличием. Мне хотелось, чтобы он просто исчез из нашей жизни.

Я дала Соне новую погремушку и сама пошла мыть посуду. Когда закончила и обернулась, увидела, что Амиран сидел рядом с дочерью и подавал ей игрушку, которая, судя по всему, упала на столик.

Странное и непривычное зрелище. Огромный и массивный бритоголовый мужик в татуировках, который ужасал одним своим видом, сейчас игрался погремушкой с ребенком. Соня смеялась и Амиран улыбнулся. Так тепло, как никогда раньше. Так, как, казалось, не способен на это.

— Можно я возьму ее на руки? — спросил он, обернувшись ко мне.