Беременная про запас или Наследник для Владыки драконов

Гости явно не хотели лишаться своего статуса свидетелей, но слово императора — закон, поэтому они поспешили скрыться в своих комнатах. Дворецкий заверил, что все уберет, Аравер занялся модельером, а вот меня утянул в мои покои император. Владыка сжал ладонями мои плечи.

— Марика! Ты… невыносима! Значит, вот какой твой стандарт “более” мужчины? О, тогда я действительно проигрываю на его фоне!

— Это не то, на что вы намекаете! — возмутилась я, попытавшись отступить — но какой там!

— Тогда что ты делала в той нише?

— Возвращалась в комнаты. Я… гуляла по саду. Не одна, а в компании фрейлин её величества. Они подтвердят. Клянусь, что я не делала ничего противозаконного и тем более не зажималась по углам с гномами! Хотя впрочем… какая вам разница, ваше величество? Мне кажется, вас заждалась супруга…

— Как раз из её объятий ты меня и выдернула, — раздраженно ответил Диаронд.

А я же поняла… он лжет. Я видела императрицу в саду, значит, Владыка был точно не с ней. Но зачем он обманывает? Хочет вызвать мою ревность? Но почему? Мы с ним едва знакомы, я от него и слова доброго не слышала, с чего бы мне питать к нему светлые чувства?

— Так возвращайтесь, не задерживаю, — хмыкнула я и все-таки смогла отступить.

Диаронд безумно долго смотрел на меня. Я не знала, что творится в голове мужчины и тем более — в его душе, но сама я… о, это было всё, что угодно, но не спокойствие. Меня буквально разрывало от противоречивых чувств! Я не могла объяснить бунт собственных гормонов, но сейчас во мне царил такой хаос, что я сама не могла его упорядочить.

Я злился. И злился на себя. Эта девчонка сводит с ума! Я не должен о ней думать, не должен даже помнить её имя, но почему оно постоянно звучит в моей голове?

Марика, Марика, Марика…

Она околдовала меня. Иначе как объяснить, что я едва не свернул гному шею, когда увидел его полуголого рядом с Марикой? Как я могу позволить ей выйти замуж за другого, когда внутри такой пожар? Дракон рвется, мечется, он желает только одного — обладать этой девушкой. Я сдерживаю его порывы, но проблема в том, что я сам едва держусь.

Она моё наваждение. Сладкий сон, из плена которого не хочется возвращаться.

Я злился. В том числе из-за своего решения сохранить плод.

Это неразумно. Недальновидно. Бессмысленно.

Я старался оправдывать себя тем, что в пророчестве могло говориться именно об этом ребенке — дитя мира. Дитя двух миров. Что если оракул говорил именно о нем, а я всё не так понял и поспешил жениться на Раванне Аронской? Хотя на самом деле на момент пророчества этот ребенок был уже зачат…

Но это лишь одна из версий. Оракулы говорят слишком расплывчато, намеками, не желая пояснять свои предсказания.

Почему Марика вдруг стала для меня так важна? Хотя почему вдруг… Я ведь вспоминал её.