Беременна от нелюбимого

Завожу мотор, тихо включаю проигрыватель и просто кружу по городу. Это немного успокаивает. За рулем могу подумать о сложившейся ситуации, пораскинуть мозгами, что делать. Если внутри меня и в самом деле живет ребенок, то могу с уверенностью сказать, что абсолютно ничего к нему не чувствую. Мой материнский инстинкт молчит."

"Представляю, если бы заявилась к Дане с такой новостью, он бы, наверное, рассмеялся в лицо и захлопнул дверь перед носом. Потому что общий ребенок означал бы, что нам с Кравцовым до конца жизни придется регулярно общаться. И я бы даже не обиделась на него, я бы и сама так сделала. Любоваться его наглой рожей несколько десятков лет, знаете ли, не самая лучшая перспектива в мире.

Я приезжаю в клинику за час до назначенного времени, на случай если гинеколог освободится раньше. Сажусь на мягкий диванчик и жду, когда меня позовут. Словно по насмешке, вокруг меня одни беременные женщины с огромными животами. И когда я понимаю, что у меня будет такой же, впадаю в настоящую панику. Сколько времени нужно будет на восстановление? Когда я смогу снова начать работать? Останутся ли на животе жуткие растяжки? Вдруг у меня случится гормональный сбой и меня разнесет как шар?

Все эти годы я не позволяла себе съесть даже кусочек торта. Страх потерять форму был отличным стимулом, чтобы следить за своим питанием, а тут такое… Я слышала, что во время беременности нападает жуткий аппетит и контролировать это невозможно.

Мне резко перестает хватать воздуха. Все эти страхи одновременно и глупые, и настолько оправданы, что у меня начинает кружиться голова. Или же это оттого, что я сегодня так ничего и не смогла съесть?

— Мила Решетникова, — звучит доброжелательный голос медсестры, которая выискивает взглядом меня.

— Да, это я. — Я поднимаюсь с дивана и на негнущихся ногах следую за ней. Она толкает дверь кабинета, кладет на стол Александры Ивановны распечатку и выходит, оставив нас наедине.

— Итак, какие у вас жалобы? — Женщина окидывает меня взглядом, и я прекрасно могу прочитать ее мысли. Она приняла меня за чью-то любовницу или избалованную папину дочку.

Длинные ноги, короткая юбка, высокие ботфорты, дорогие украшения, мои губы слегка «усовершенствованы». Не смогла устоять перед соблазном, будучи молодой и глупой, но внезапно привыкла к такой их форме и продолжаю поддерживать. Того, что они не натуральные, почти не видно. Лишь небольшая коррекция.

— У меня задержка, и… я сделала несколько тестов на беременность. Все они оказались положительными. Это может быть ошибкой? — с надеждой спрашиваю ее. Наверное, в моих глазах отображается реальный испуг, потому что выражение ее лица внезапно смягчается.

Губы Александры Ивановны растягиваются в легкой улыбке.

— Ну, шанс есть, но очень маленький.