Беременна от мажора

После того, как мы приезжаем в дом Машиной бабушки, Иванка становится совсем тихой. Мне даже кажется, что она стыдится того, как сильно перепугалась за меня. Чего-то подобного я в принципе и ожидал.

— Спокойной ночи, — шепчет она, когда мы в кромешной тьме сталкиваемся на тропинке к туалету.

Кивнув, пропускаю ее, уступая дорогу. Сегодня я чуть было не оказался на том свете, и мне очень хочется лечь с ней, прижать к себе, обнять и просто чувствовать тепло ее тела и запах. Но вряд ли наши отношения продвинулись настолько далеко. Она по-прежнему девушка доктора.

Машка, Иванка и Василий ложатся в комнате, где две кровати с аккуратными горками из подушек и кружевные занавески ручной работы, а мне предлагается переночевать в бане. Может, и к лучшему: нужно подумать.

То, что я собираюсь сделать, уничтожит мою семью. Не будет больше благотворительных балов для жен олигархов, организованных матерью. Не станет именных выставок с ее не слишком годными, но дико пафосными акварелями, закроется, ввиду отсутствия клиентов, подаренный отцом на годовщину свадьбы салон красоты, а самое главное — исчезнут звездные подружки.

Если она и знала о похождениях папаши, то не догадывалась о масштабах трагедии и, скорее всего, ее это уничтожит. Возможно, она начнет пить. У нас уже были подобные прецеденты, когда отец прижучивал ее разводом. Я собираюсь выполоскать в грязи имя Красинских, и это единственный выход, чтобы оставить моего сына с его родной матерью.

Для сестренки это станет шоком: ее любимый идеальный папочка на деле окажется животным, не способным держать свои плотские желания под контролем. От нее отвернется большинство друзей, с которыми она привыкла кататься по курортам, а те, что останутся, будут смотреть на нее с жалостью.

Даже если отца не посадят, то от него наверняка пожелает избавиться большинство партнеров, фирму ждет крах, и, возможно, мы останемся без денег.

Я мог бы пойти к деду и не выносить сор из избы, просто позволить отцу матери сжечь Егора Валентиновича на костре возмездия. Дать развестись, отобрать контрольный пакет акций, выгнать из трехэтажного особняка в районе миллиардеров. Но этого уже недостаточно, потому что, пока мы с Иванкой развлекались в травмпункте, а Машка собирала ребенка в деревню, к ней уже приходили из социальной службы осматривать жилищные условия.

Конечно, еще есть я — биологический отец, но после внедорожника без номеров уверен: Егор Валентинович что-нибудь придумает, обманет, поставит меня в такое положение, что я вынужден буду подписать отказную от сына, как вариант, чтобы спасти жизнь его матери.

Поэтому я должен действовать первым. И не позволить ему отобрать сына у Иванки. Придется лишить нас нашего славного имени.