Беременна от чужого мужа

Помню, как впервые оказавшись здесь всё боялась сделать что-нибудь не так, или разбить какую-нибудь из его безумно дорогих безделушек… Сперва боялась, а потом привыкла. К коридору размером с нашу с бабулей двушку. К изысканной классике дизайна. К подлинникам картин в рамках. К системе сигнализации, на которой надо было вводить код… Он, ведь, мне даже ключи от этой квартиры давал, чтобы я сама приходила… Конечно, я понятия не имела, что у него есть и другой дом, в котором он, как оказалось, «живёт». А тут просто… «хата» для любовных игр с такими, как я.

- Выпьешь что-нибудь? – Давид проходит на кухню, а я застываю в коридоре. Так странно… Эта квартира дарила нам такое счастье… Я чувствовала себя тут не в гостях, а, скорее, как дома. А теперь, вот, всё, что раньше вызывало восхищение и казалось красивым, отзывается где-то в глубине сердца тупой болью…

- Нет, спасибо, - мотаю головой, не разуваясь, прохожу на идеально чистую кухню, которая укомплектована по последнему слову техники, но на которой никто никогда не готовит. Хотя, впрочем, я несколько раз пачкала эту гранитную столешницу мукой и яйцами. Подхожу ближе и задумчиво веду по идеально ровному глянцу пальцем. Ни пылинки. Наверное, с тех пор тут никто не готовил. Видимо из всех, кого он сюда водит, только я была настолько глупой, что мечтала когда-нибудь стать на этой кухне хозяйкой…

- Я хочу, чтобы ты, Настя внимательно выслушала меня и не впадала в истерики, - Давид подходит ближе, между нами остаётся не больше полуметра.

Глаза неприятно режет. Слишком много я сегодня плакала…

- Я тебя слушаю…

Лицо некогда любимого мной мужчины такое же твёрдое, как и его решимость.

- Нам с Элей нужен ребёнок. В агентстве сказали, что процедура усыновления займёт не менее пяти месяцев. Для ускорения процесса мне понадобится подключить все связи… Это довольно хлопотно, так что…

Внутри что-то неприятно ёкает. Давид холодно смотрит мне прямо в глаза, а я пока отказываюсь верить собственным подозрениям. Нет… нет! Быть не может, чтобы он был настолько жесток со мной! Он же не предложит мне…

- Тебе ребёнок сейчас будет обузой, Настя, - рассудительно продолжает бывший. – Ты сама-то ещё ребёнок, Насть. Двадцать лет. У тебя вся молодость впереди…

- Наш малыш для меня не обуза! - я инстинктивно опускаю руку на живот, будто хочу закрыть малюсенькие ушки ещё не рождённого комочка от таких ужасных слов.

- Да-да, конечно, - скептически отвечает Давид и отворачивается, доставая прозрачный стакан. Он ищет специальные щипцы для льда, и открывает ещё несколько дверок в их поисках. – Да где же они…

- Третья полка. Вторая дверь, - ледяным тоном подсказываю я.

- Ах да. Спасибо, Настя.

Давид делает себе напиток. И ставит чайник для меня.

Оборачивается.