Беременна от брата жениха

Но ты сама задала мне этот вопрос, а я тебе всего лишь ответил»

Но больше я не отвечаю, удаляю переписку и ставлю «Не беспокоить», а Тимур более не пишет. Он не пишет больше одного сообщения в пять минут, это что-то вроде конспирации, о которой мы негласно договорились.

А через несколько дней в дом стучится курьер - в его руках белая коробка, а мужчина просит расписаться, не отвечая ни на какие мои вопросы. Только попросил предъявить паспорт, потому что поручено доставить именно адресату.

Я в недоумении раскрываю коробку и нахожу в нем смарт-браслет известной модели.

Осторожно раскрываю записку: «Чтобы ты всегда смогла прочитать мое сообщение. Даже когда укладываешь дочку спать».

Укладываю все обратно, а на сообщения Тимура даже не отвечаю. Если еще утром я планировала исполнить его просьбу и ответить на звонок, то теперь он от меня ничего не добьется.

«Я хочу тебя услышать. Это мое последнее желание», - пишет Тимур.

«Решил подкупить меня своим подарком? Кажется, сегодня мой черный список пополнится еще одним номером», - печатаю в гневе, удаляю переписку и вновь ставлю «Не беспокоить», потому что Андрей вернулся с работы. Записку, прилагаемую к подарку, я порвала на мелкие части, а сам подарок спрятала как можно дальше."

"Но проходит время, и вот очередной ночью после душа я сижу на подоконнике, все также смотря на заснеженные леса чуть поодаль от нашей территории. Ульяна, уже накормленная и окутанная заботой, беззаботно спала в своей кроватке, и я уличила несколько минут для...

«Звони», - стучу по клавишам.

Если он спит, значит, не судьба.

Но он не спит.

Телефон вибрирует при входящем звонке, а внутри меня все обрывается.

Прошло ровно два года с тех пор, когда он уехал. И сейчас он просит поговорить. Боже, к чему это все приведет?

- Доброй ночи…

Голос с хрипотцой, вспышки, воспоминания, кухонный стол и спальня, наша с Андреем спальня, приезд Тимура… все вернулось к началу, все мое нутро, и я ненадолго перестала дышать. Не так больно, как оно было раньше, сейчас все притупилось и замутнило, однако…

Едва ко мне возвращается возможность говорить, я прохладно шепчу в ответ:

- И тебе.

- В Москве третий час ночи…

Хочу конкретики, а не бессмысленных разговоров.

- О чем ты хотел поговорить?

- Он не обижает тебя?

Не сдерживаюсь от колкости, за что после корю себя:

- Не обижает меня в каком смысле? В таком же, как это делал ты?

- Вика… - выдыхает в трубку, словно ему безумно жаль.

- Ты прости, но я не для этого трубку взяла. Не для того, чтобы жаловаться на что-то, понимаешь?

Из-за активной жестикуляции что-то случайно задеваю, и с подоконника на пол падает маленькая подушка, коих здесь было около десяти.