Беременна от брата жениха

Так он верит, верит в мою ненависть!

- Вика…

- Я тебя ненавижу! Убирайся к черту, к самому дьяволу, слышишь?! Тебе не рады в этом доме, никогда не будут рады! Зачем ты сюда приехал?! Я тебя ненавижу!

В его взгляде обреченность, он хватает меня за плечи, чтобы скинуть мое тело с себя. Сбрасывает, отталкивая меня на мягкую поверхность. Я бью его в спину кулаками, но ему совсем не больно. Он сползает с кровати, не оглядывается, идет к двери. Спешит. Почти бежит.

- Лучшее, что ты можешь сделать для меня, это уехать. Ты виноват, Тимур. Загладь свою вину, уезжай! – кричу я.

Он схватился за ручку.

- Ты забыл свои вещи, слышишь?! Забирай и проваливай в ад, я тебя ненавижу!

Слышу только бешеный стук своего сердца и дыхание. Наше дыхание.

Я сверлю его спину взглядом, который кричит о безысходности и просьбе помочь, а он замер у двери и совсем не видит то, что действительно творится в моей душе.

Он ворвался в мою жизнь, изнасиловал меня дважды, заставив его возненавидеть всей душой и сердцем. Он заставил мое тело хотеть его, грязно воспользовался мною, играл, делал со мной все, что пожелает. Я забеременела от него… Тимур Чернов является отцом моего малыша, но я слишком ненавижу его, чтобы сказать правду, слишком боюсь его, чтобы признаться.

Он разрушил мою любовь к Андрею, ведь я не чувствую более ничего. Ровным счетом.

Как мне поступить?!

Мой взгляд кричал об этом вопросе! Как мне поступить, черт возьми?! Танцевать на развалинах нашей с Андреем жизни?! На руинах доверия собственных родителей?

Всхлип вырывается из моей груди – неосознанно, резко, громко.

Я замираю от страха, потому что его голова поворачивается. Словно он вот-вот обернется и посмотрит в мои глаза, которые напуганы реальностью. Но в самый последний миг мужчина словно останавливает себя, опускает голову и покрепче хватается за ручку, собираясь уйти.

Я сверлю его спину взглядом, полным безнадеги, боли, страха. Что теперь будет? Андрей думает, что я беременна от него. Тимур, благодаря мне, уверен в этом же. Он слышал лишь мои слова ненависти, но, если бы он только обернулся – в этот самый миг обернулся – он был увидел, чей это ребенок. Он бы все понял.

Но вместо этого он решает не оборачиваться. Хмурится, злится, думает, но не смотрит на заплаканную меня. на ту, что его люто ненавидит. На ту, что сама запуталась в этой жизни…

Он резко опускает ручку вниз, и дверь распахивается.

Из меня вырывается судорожный вздох.

Уйдет?!

Уедет!

Улетит…

Чувствую, что он сделает это. Не нужны ему шмотки, не тем временем воспитан. Делает шаг за дверь, но останавливается – ублюдок словно играет на моих нервах.

Мои руки трясутся, глаза опухли от слез, а я сдерживаю себя из последних сил, чтобы не закричать от боли.