Беременна от бандита

 – О, минус двадцать лет назад…

Глава 16

– Для начала мы подписать договор! – отдаёт приказ Алонзо и поворачивает вправо, направляясь вглубь длинного коридора, на стенах которого блекло поблескивают бархатные бра. Глава семейства останавливается напротив огромной двери из бурого по цвету дерева, распахивает её настежь и тростью машет нам, мол входите. – Фелицию мне сюда вызвать! – обращается к охраннику.

– Сию минуту, синьор, – кланяется рослый бритоголовый шкаф, исчезая в дверном проёме."

"– Ну садитесь, – говорит мафиози, направляясь к большому круглому столу, стоящему в просторной светлой комнате. За этим столом уже сидит гость – немолодой худощавый мужчина в круглых очках-лупах. Он внимательно сканирует взглядом белый лист бумаги с мелким текстом на нем. Вчитывается, морщит брови. Я понимаю, что он держит в своих дряблых руках. Мой приговор.

Назад дороги нет и не будет. Подпишу его – навсегда откажусь от ребёнка. Не подпишу… потеряю сестру и Серёжу. Вряд ли Леон захочет и дальше иметь со мной дело, если я вдруг передумаю и всё-таки сделаю аборт. Но разве есть ли у меня выбор? Оставить ребенка мафиози не позволит. Я иду на отчаянный шаг, пытаясь решить проблему с наименьшей потерей для всех. Я ведь всё еще надеюсь стать женой Сергея. Так ведь будет правильно? Да? Как мы и планировали. Поэтому я всем своим нутром верю, что я спасу своих родных.

– Это наш семейный нотариус, дон Винчети, – даёт мне пояснение Леон, я киваю, ощущая, как по телу скользит холодок. Становится зябко. Что-то я волнуюсь. Совестно мне. Некомфортно на душе. Как будто дьяволу жизнь продаю. Сейчас Моретти вытащит из кармана своего стильного пиджака ритуальный нож, полоснёт меня по руке острым лезвием и заставит расписаться. Собственной кровью.

Леон отодвигает стул, ухаживая за дедом. Сначала его усаживает, рядом с нотариусом, а затем и меня, напротив деда, по левую сторону от Винчети. Дед всё так же нагло лапает меня своими мелкими глазёнками. Нахально так, бессовестно. Старый извращенец. И шуточки у него наглые! Пошлые. Неужели я так сильно понравилась старику?

Пока дед начинает о чём-то болтать с нотариусом на итальянском, я поворачиваюсь к Леону и тихонько спрашиваю, глядя в его серьёзное лицо с отчаянием и надеждой:

– Леон, ты обещаешь, что покажешь мне мою сестру? Я должна убедиться, что её перевели в больницу.

Моретти отвечает твёрдым голосом, наполненным хрипотцой:

– Да, обещаю. Её как раз сейчас перевозят. Вот, – он тянется к мобильному телефону, клацает на экране папку «галерея» и показывает мне фотографии. Я задерживаю дыхание, сама не понимаю, как хватаю Леона за запястье и сильно его сжимаю, когда вижу знакомый силуэт сестры. Катюша… Моя малышка! Губы дрожат, на ресницах выступает влага.