Дар берегини

Кто ты перед ним, дерьмо собачье! Да я лучше сам бы ее в Днепр бросил, чем за тебя отдал!

– Уж не тебе попрекать нас – холопкину сыну! – не сдержался Щур. – У нас в роду холопов нет, это мы тебе честь оказали! Ты холопом родился, оттого и повадки у тебя лживые!

Два хирдмана за спиной у Щура подались вперед, готовые взять его за такое поношение; Свен бросил им беглый взгляд и слегка прищурился. Один варяг тут же толчком в спину бросил Щура на пол гридницы и ударил ногой в бок, другой добавил в голову. Пленник свернулся, стараясь защититься настолько, насколько позволяли связанные руки. Свен сделал знак: хватит пока."

"– Не велю кормить вас в порубе – жрите друг друга! – свысока глядя на скорчившегося на полу перед ним Щура, бросил Свен. – Тогда узнаете, кто здесь холоп. А тебе, пес беззубый, еще раз вякнешь, голову вот здесь снесу! – Он выразительно взялся за рукоять меча, тускло мерцавшую старым серебром. – Чей бы я ни был сын, а у меня меч отцовский в руках!

– Не угодно сватовство – откажи! – возразил Боголюб, подавляя дрожь негодования и косясь на сродника. Дыхание его участилось, ноздри гневно раздувались. – От чужих ворот есть поворот!

– Откажи я, вы бы ратью пошли. Будто я не знаю, как такие дела делаются!

– Думаешь, теперь избежал рати? – Боголюб угрожающе сузил глаза. – Одного ты князя поймал, так в земле Деревской и другие есть. Хочешь рати – будет тебе рать!

– А вздумает Житимир или другой кто на меня войско собрать – я вас на Перуновом дубу повешу и всех людей ваших! – пригрозил Свен. – За такой дар мне Перун удачи даст, а ваше племя лишит ее навек!

– Вешай, – Боголюб махнул рукой. – Видно, и не было мне удачи, изжил всю, из ума выжил, если на такой обман поддался. Вешай, что там! Найдутся в Деревах поумнее, поудачливее меня, медведя старого!

Видя, что больше его не бьют, Щур неловко сел на полу, клонясь набок. Из рассеченной брови на лицо текла струйка крови, и он кое-как стер ее о плечо.

– Выбирай, кто из ваших гонцом будет, – предложил Свен Боголюбу.

Тот задумался ненадолго.

– Пусть сын мой едет. Он молод и смышлен – управится.

Свен было хотел возразить против столь родовитого гонца, но потом вспомнил, сколько этих отпрысков Боголюбовых видел в Малине. В такой большой семье один из меньших сыновей, к тому же рожденный от младшей жены, ничего не решал.

– Так пусть он скажет вашим: я жду здесь, в Киеве, дань за прошлый год со всей земли Деревской и ту девку, что осталась… Блис… Хвалинка! – Свен все же вспомнил имя. – В лицо я ее знаю, не обманут. Исполнят древляне – отпущу вас живыми. Не исполнят до первого снега – вы к Перуну пойдете, а по зиме я сам в Дерева явлюсь, да не как в этот раз, а с войском. И уж тогда возьму все, что мне приглянется.