Белый шум

 – Я, как тот идиот, жил в придуманном мире и думал, что все прекрасно. Меня окружают любящие люди, у меня карьера и великая любовь. А, все не так, Милка! Все совершенно не так!!! – Влад осекся, понимая, что орет во все горло. – У меня только работа от прежней жизни осталась, – пробормотал он тихо. – Слава богу, что не взял твою сестру в главбухи, а то и тут оказалось бы пепелище. Но я справлюсь, – поморщился он. – Если не свихнусь, конечно… Звони матери, поеду к нотариусу. Пора узнать, какие еще нас ждут сюрпризы имени Кристины Булатовой.

К удивлению Казаринова, мать сразу же согласилась и даже вызвалась приехать лично к нотариальной конторе. Влад спорить не стал. Видеть ее, разговаривать с ней хотелось меньше всего. И даже подумать, что его любимая мамочка участвовала во всей этой мерзости, не хватало сил. Больше всего Влад Казаринов желал очутиться сейчас где-нибудь на пляже и зарыть голову в песок. Как страус. Чтобы не видеть этого скорбного лица, поджатых губ и глаз, буравящих с укором и подозрением. Он даже у нотариуса постарался сесть так, чтобы не встречаться с ней взглядом, чтобы даже не видеть ее.

– А именно вы наследники? – протянула нотариус, нарядная тетка с халой на голове.

– А кто же еще? – вспылила мать. – Я наследница первой очереди, других нет.

Нотариус замялась, а потом выдала, смущаясь:

– Ее муж уже приходил. Принес завещание и все документы на недвижимость и машину.

– Муж? – изумилась мать. – Какой еще муж?

– А документы можно посмотреть? – осведомился Казаринов и уточнил шутя: – Мы сейчас об одном и том же человеке говорим? Булатова Кристина Алексеевна? Или ошибка вышла?

– Нет никакой ошибки, – добродушно усмехнулась нотариус и вышла за делом.

– Ты что-нибудь понимаешь, Владушек? – слезливо пробормотала мать. – Кристина-то и замужем не была. С Вадькой развелась, а за Павлика еще не вышла.

– Не знаю, – пробурчал Влад. – Это вы сами в своем змеином болоте разбирайтесь, кто кому муж, а кто сват.

– Пожалуйста, – мать скорбно сложила на груди руки. – Я еще от потери Кристиночки в себя прийти не могу, а ты…

– А я тебе не мешаю. Приходи куда хочешь. Только видеть тебя не хочу.

– Стерва эта тебя против нас настроила, – сделала потрясающий вывод мать. – Вот же люди! Сама влезла…"

"– Замолчи, – рыкнул Казаринов, – если не справишься, я помогу. Если не желаешь остаться с голой… пенсией, то будь добра воздержись от проклятий в адрес Эллы. Я тебе не позволю оскорблять мать моего сына.

– Почему ты все сводишь к деньгам? – театрально закатив глаза, прошептала мать.

– Вы сами все к ним свели. Думали, что доить меня можно до конца жизни. Но в гробу карманов нет, маман. Вот беда, да?

Мать вспыхнула, но не нашлась, что ответить.