Белый шум

 – Ничего, девочка, дай время, завоюю тебя. Кто кого любит, потом разберемся. Но мой сын будет жить в полной семье, как бы ты ни противилась, дорогая!

Казаринов долго думал, как соблазнить мать своего сына, и, перебрав в уме множество вариантов, уснул, так и не остановившись ни на одном.

А следующим утром его разбудил звонок мобильника. Леха Филимонов, хозяин «Компьютерного вальса», сбивчиво поздоровавшись, сразу перешел к делу.

– Влад, это бомба! Чижов мне рассказал о новой концепции. Бюджет неограничен, но условие одно – непременное участие Гоши Каземирского.

– Я с ним вчера разговаривал, Леш, – Влад попытался убавить восторги собеседника. – Он категорически против…

– Ты знаком с Гошей?! – завопил Филимонов. – Давай уговорим его! Я бабла не пожалею.

– Знакомством это назвать трудно, – невесело усмехнулся Казаринов. – Попробуй найти его агента и через него сделать предложение.

– Точно! – загоготал Филимонов. – Сделаю, и он не сможет отказаться!

Положив трубку, Влад с неохотой побрел к тренажеру, который умудрился когда-то собрать, но еще ни разу не использовал. Потыкав кнопки на дисплее, он установил самый щадящий режим и попробовал походить. Не получилось. Нога заныла изрядно, и на повязке даже выступила пара капель крови.

Выплевывая проклятия в адрес Элки, ее пса и Гоши Каземирского, Казаринов доковылял до кровати и, плюхнувшись на постель, сразу набрал Эллу.

– Ты вчера меня выгнала больного, – умирающим голосом пожаловался он. – А у меня швы на ноге расходятся. Воды стакан принести некому. Лежу тут один голодный.

– Мы сейчас приедем, – отрезала Элла и попросила продиктовать адрес. И через полчаса уже звонила в дверь.

Казаринов, впустив ее в квартиру, хромая поплелся на диван в зале и улегся там, вытянув больную ногу.

– Забыл тебе сказать про термометр, – печально заметил он. – Кажется, у меня температура…

– Ага, – хмыкнула Элла, усаживая рядом Антошку. – Тридцать семь и два. Самое время писать завещание."

"– А ты суровая, – пожаловался Казаринов, расстегивая на сыне комбинезон. – Нет в тебе милосердия, Элка.

Она нехотя подошла поближе и положила ладонь ему на лоб.

– Не придумывай, нет у тебя температуры, – безапелляционно заявила она.

– А у тебя в ладошку градусник вшит, что ли? – недовольно пробубнил Казаринов и добавил капризно: – Я же чувствую.

– Я тоже чувствую, – усмехнулась Элла и дотронулась до его лба губами. Для этого ей пришлось наклониться над Владом. Всего лишь на пару секунд, но он чуть не запел от восторга. Прикосновение ее губ и манящее декольте. Казаринов ощутил, что ему и этого достаточно, чтобы завалить непокорную девицу рядом и целовать. Целовать, целовать.