Белый шиповник

Мысль о разлуке казалась ему просто нестерпимой, однако он твердо обещал невесте писать из Петербурга каждый день. И у нее выпросил обещание отвечать на свои послания.

– Да что же я буду писать вам, дорогой Владимир Иванович? – простодушно подивилась Надя. – Ведь у нас тут и не случается ничего, и новостей-то никаких не бывает! А если что и бывает, так разве это новости? То дворник напился, то чужая собака забежала…

– Надя, Надя, – укоризненно покачала головой мать. – Ну разве о тутошних новостях Владимир Иванович просит тебя писать? Нет, конечно! Он хочет, чтобы ты писала ему о себе, своих мыслях, чувствах, о вашей будущей жизни. Впрочем, время уже позднее, на дворе совсем темно, пойди, проводи господина Роева до коляски.

Надя послушно последовала за женихом. Вечер выдался теплый, ласковый. Листья деревьев замерли в неподвижности, ветер совсем стих.

В ночной тишине тоненько пищал комар-кровопийца. Над головой молодых людей, стоявших на крыльце, ярко горел фонарь. Они молча вдыхали запах цветов, волнами наплывавший из сада. Коварный комар все-таки сел девушке на лоб и уже изготовился пить юную кровь, как тут его настигла смерть. Легким хлопком Роев уничтожил вампира. Этот дружеский жест заставил Надю вздрогнуть.

«Ну вот, сейчас!»

И действительно. Комар оказался только поводом, чтобы притронуться. Владимир нежно, но решительно привлек ее к себе и осторожно прикоснулся своими губами к нежным губкам Нади. Она зажмурилась, и это еще больше умилило Роева. Он поцеловал ее тихонько, нежно, трепетно.

– До свидания, моя обожаемая, моя любимая девочка, моя Наденька! – прошептал Владимир.

Надя осторожно выдохнула и открыла глаза.

Оказалось, не так неприятно, как она ожидала.

Но не о таком поцелуе она мечтала! Что ж, конец воздушным замкам и грезам о сказочном принце. Это будет просто Роев!

Глава восьмая

Если бы князь Верховский мог заглянуть наперед, он обошел бы дом Астаховых за версту!

Но не дано человеку предугадать последствия своих, иногда непродуманных поступков. Нет, конечно, они с тетушкой продумали все до мелочей, упустив из виду самое главное – саму молодую княгиню Верховскую, в девичестве купеческую дочь. Предполагалось, что обобранная своим мужем до нитки, бессловесная и безропотная, она будет существовать, как-нибудь сама по себе, не причиняя своим присутствием никакого беспокойства супругу. За это она получает титул и право называться княгиней, восседать с важным видом в гостиных своих знакомых, театре и прочих местах, где можно демонстрировать свою причастность к знатной фамилии.

Все вышло совершенно не так, как рисовал Евгений в своем сознании. Вмешалось его дикое необузданное чувственное влечение, которое он поначалу испытывал к жене.