Белый крейсер

Особенно в случае, если выбор делал не искин уничтоженного во время переворота дворцового комплекса, а искин Белого Крейсера. И выбор последнего всегда превалировал над выбором первого. Почему, Гилек не знал, но так было издавна.

– А как нам вас называть?.. – осторожно поинтересовался Умар, не желая сердить императора – его право называться так, как он того желает. Сути это не меняет.

– Я капитан Красной Армии! – отрезал его величество. – Коршунов Алексей Михайлович. Вот капитаном и называйте. Или по имени-отчеству.

– Как прикажете, господин капитан! – склонили головы астронавты, гадая что это за «Красная Армия» и с чем ее едят.

– Вот и хорошо, – усмехнулся император. – А теперь садитесь и рассказывайте, кто вы и откуда.

Позади астронавтов бесшумно выросли из пола мягкие кресла, заставив их вздрогнуть – слышать-то о такой особенности имперских крейсеров они слышали, но видеть ничего подобного не доводилось. Сразу вспомнились байки о том, что эти крейсера строили не люди, что их просто где-то нашли и приспособили для своих нужд. Возможно и так, слишком уж громадные корабли отличались от остальных.

Выслушав рассказ Гилека с Умаром, император долго с недоумением смотрел на них, а затем спросил:

– Это что же, жители части бывшей Империи настолько ненавидят метрополию, что готовы убивать простых россов? По какой причине?

– Да не жители, господин капитан! – возразил Умар. – Не жители! В Окрайне всегда была прослойка идиотов, непонятно почему жаждущих независимости от метрополии и считающих себя выше остальных. Сейчас их называют «сознательными». Точнее, они сами себя так называют. Когда после гибели последнего императора Росс распался, они пришли к власти в Окрайне, задурив народу головы трескучими лозунгами. В ход пошло все – от фальсификации истории до откровенных провокаций. Подлость и обман громоздились на еще большие подлость и обман. Вскоре народ опомнился, но было уже поздно – спешно проведенная приватизация отдала в руки «сознательных» все ресурсы страны. С тех пор «свободные выборы» поочередно приводят к власти две партии, мало чем отличающиеся друг от друга. Они всего лишь служат фиговым листком разным группам олигархов. На выборы приходит едва ли пять процентов населения – окрайны давно поняли, что за этой фальшивкой ничего не стоит, но данное обстоятельство господ «демократов» не смущает, они продолжают орать про свободу, но при этом держат людей в черном теле, направляя их помыслы только на выживание. Любые акции протеста безжалостно подавляются полицией, куда набирают «сознательных» из молодежных нацистких организаций.

– Я много раз говорил с простыми окрайнами из космодромной обслуги! – поддержал друга Гилек. – Они часто просто руку мне стремились пожать.