Белый крейсер

Генерал зо Мар-Нейт, искренне благодарю ваших людей за помощь. К сожалению, некоторые второстепенные виновники еще на свободе, но это ненадолго. Все остальные «перевозчики» приговорены военно-полевыми трибуналами к смертной казни. Приговоры приведены в исполнение. Вторым важным успехом считаю разгром карханской сети влияния, через трастовые фонды контролировавшей около сорока процентов росской экономики. Третьим является нейтрализация сторонников распада Росса. Идея, подсказанная Его величеством, сработала великолепно. Публикация документов о предстоящем распаде страны вызвала у большинства населения столь сильный гнев, что арест всех этих господ и конфискация их имущества были полностью одобрены общественным мнением. Четыре крупные корпорации перешли в государственную собственность. Думаю, что суды над сторонниками распада следует провести публично. Основное обвинение – государственная измена.

– Согласен, – поддержал император.

– Благодарю, Ваше величество, – поклонился в его сторону генерал. – Столь крупных успехов, как эти три, у нас больше не было. Структуры ДИБ развиваются согласно плану, подбираются сотрудники, создаются новые подразделения. Самым слабым местом является внешняя разведка. Нам, конечно, удалось перехватить кое-какие агентурные сети СБ в разных странах, но далеко не все. Ответственные за них лица, как ни жаль, успели либо покончить с собой, либо покинуть страну. Больше всего меня беспокоит отсутствие сведений с планет бывшего Карханского Объединения, поскольку в последнее время появились доказательства, что карханская разведка вольготно чувствует себя на Россе. Хочу сообщить, что против нас начата новая информационная война. Благодаря начальнику информационной службы ДИБ господину Смолину, удалось выявить это на начальной стадии и начать противодействие. Впрочем, об этом он лучше доложит сам.

Таркович кивнул Смолину и вернулся на свое место. Тот поднялся, нервно поежился, не имея привычки выступать перед такой аудиторией, и вышел к экрану. Затем коротко поведал свои выводы о либералах и начатой с их помощью информационной атаки против монархии.

– Какие именно меры противодействия приняты? – поинтересовался император.

– Ваше величество, с момента нашего разговора прошло всего две недели, – вздохнул Смолин. – Многого мы сделать не успели, но кое-что все же сделали. К сожалению, пришлось вводить цензуру, без разрешения которой ни один материал не появится в печати. По крайней мере, в популярных изданиях. Цензорами являются специалисты по лингвистическому программированию, отслеживающие известные им приемы воздействия на сознание и не пропускающие статьи, где эти приемы обнаружены.