Белый крейсер

– Призову, – заверил император. – Знаете, у нас в армии интенданты тоже поворовывали, но слишком наглеть не рисковали. За это ставили к стенке. Война, как-никак.

– Война? – приподнялись брови Шемича.

– Да, – вздохнул Алексей. – Страшная война на уничтожение. Я с первого дня воевал, уже два года. Чин, правда, не слишком высокий – всего лишь пехотный капитан. Но мой род испокон веков – военные. И для меня честь – не пустой звук.

– Это хорошо, что вы воевали, Ваше величество. Значит, кое-что понимаете. То, что штатскому никогда не объяснить – не дойдет. Но что вы намерены делать со всем этим?

– Наводить порядок! – отрезал император. – Жестко наводить! Я считаю, что военные верфи и оружейные производства должны принадлежать государству! Флот будет обеспечен всем необходимым, хотя этого и непросто добиться.

Он немного помолчал и поинтересовался:

– Насколько больше и сильнее был флот в имперские времена?

– Более чем в двадцать раз, – с горечью ответил адмирал. – Когда после смерти последнего императора к власти пришли демократы, больше трети флота ушло в Ларат, отказавшийся признавать демократическое правительство. Эта планета всегда являлась пограничным форпостом Империи, именно туда эмигрировало большинство имперских аристократов и военных. С тех пор Ларат не поддерживает ни с кем ни торговых, ни дипломатических отношений, и что там происходит, сказать я не могу – наша разведка не сумела этого выяснить. Известно только, что Ларат имеет огромный флот и профессиональную армию. Ларатцы не раз отбивались от карханских нашествий. Да и сейчас отбиваются, ведь несмотря на распад Объединения, карханские пираты несколько раз в год нападают на рудодобывающие колонии Ларата. Глубже на территорию бывшей Империи ларатцы их не пропускают, прорывались только несколько раз.

– Хорошо, с Ларатом понятно. А остальной флот?

– Частями разбежался по разным планетам после парада суверинитетов. У Росса остались только базирующиеся неподалеку от столичной системы эскадры – восьмая часть всего флота. Но корабли постепенно выходили из строя, а новых строилось мало. Некоторые наши крейсера и линкоры построены еще в имперские времена. Да, двигатели и вооружение на них заменены, но это не отменяет общей изношенности конструкций. Ни одна из этих старых калош не выдержит залпа современных гравидеструкторов!

– Весело… – протянул Алексей, далеко не все понявший из слов адмирала, однако то, что большинство кораблей росского флота до крайности изношены, стало ясно и ему. – С этим нужно срочно что-то делать.

– Нужно, – вздохнул Шемич. – Да только где взять на это средства? Постройка одного линкора обходится в два миллиарда кредитов, как минимум. И длится три года.