Белоснежный роман

Еще удивилась этому обстоятельству: откуда у простого блогера может быть парфюмерия такого уровня? И тому, что уловила этот аромат второй раз за день, тоже сильно подивилась, но на какое-то время забыла об этой нестыковке. И вспомнила по ассоциации уже много позднее. – Она бросила короткий взгляд на Максима и мимолетно улыбнулась ему одним уголком губ. – Когда я осматривала номер пропавшего Эдуарда…

– Это когда же? – живенько вклинился в ее плавный рассказ Тимирдяев.

– Извините, но в тот день, когда мы обходили номера, – с покаянием в голосе призналась Настена и предупредила его следующий вопрос: – Не надо уточнять, как я туда попала и почему. Ладно? Так вот, – отвернувшись от Тимирдяева, Настасья обвела собравшихся взглядом. – Я отметила, что он ничего не распаковывал и не достал ни одной вещи из багажа. В комнате было стерильно чисто, как и до его заселения, кроме одной небольшой детали: на раковине умывальника, сбоку, он оставил отпечатки испачканных гримом пальцев. Значит, грим таки присутствовал, и он его поправлял перед зеркалом. И еще один странный факт: его пальто, портфель и чемодан, все оставленные в номере вещи, были на порядок дешевле, чем тот костюм, в который он был облачен. Тогда я просто отметила эту странность и запомнила, а после убийства Зиночки этот факт, помимо всех прочих, помог мне найти ее убийцу.

Она резко развернулась и вновь прошла к тому месту, где сидел Гарик в паре с «Василисом», оперлась ладонями о стол и слегка наклонилась корпусом вперед к Тропе:"

"– Не смог он оставить этот дорогущий одеколон, символ своего приобщения к уровню лакшери, уровню самых богатых людей мира. Он даже думать не мог о том, что его по незнанию прихватит себе какой-нибудь мент, которому понравится запах или флакончик, который, кстати, сам по себе стоит тысячу с лишним евро. Как и не смог переступить через свое естество и приобрести чемодан, портфель, вещи и пальто в той же ценовой категории, что и костюм, зная, что оставит их вместе с образом Кипрелова в номере. Не смог и все! Сутки мучился, наверное, даже уговаривал себя, и не выдержал! – она оттолкнулась руками от столешницы, выпрямилась, вновь развернувшись ко всем остальным. – Он не мог прихватить флакон с собой – как бы это смотрелось, если бы он явился с ним в ресторан выпить кофе. При этом он знал, что номер тщательно обыщут, а когда понял, что полиция не может приехать из-за непогоды и номер наверняка не станут трогать, а просто закроют до ее приезда, тут его жаба и задушила. Он бы пошел ночью, и ничего бы не случилось, и Зиночка осталась бы жива, и никто бы и не заметил пропажу этого проклятого одеколона. Но гадский случай! Всю ночь доблестные вахтовики усердно отмечали день рождения и гудели до утра.