Белоснежный роман

– Нет, не она, – и, разглядывая извивающуюся пленницу, предположила с сомнением: – Может, надо и ноги ей связать?

– Щас свяжем, – кивнул, соглашаясь с дельным предложением, Вольский, осмотрелся вокруг и поинтересовался: – А кто убил? Ты знаешь?

– Знаю, – уверено ответила Настя, поднялась и обвела взглядом комнату. – Но для доказательства мне надо кое-что еще проверить здесь.

– Давай, – подбодрил Максим и, не узрев ничего подходящего, сдернул с кучерявого парика серый шарфик.

Он опустился возле интенсивно извивающейся на полу дамы, ухватил сначала одну ее ногу, потом как-то изловчился ухватить и вторую, прижал их к полу, надавив коленом, быстро обмотал и закрепил на лодыжках шарф, сильно затянув и завязав крепким узлом.

– Ну что, звоню Федорову?

– Нет, знаешь, лучше Тимирдяеву, – подумав, предложила Настя.

– Мужика инфаркт «микарда» хватит, – хмыкнул Вольский. – «Рубец в четыре пальца».

– Ничего, переживет, – не проявила сочувствия Настя.

Развернулась, осмотрела еще раз учиненный в номере разгром, вздохнула и направилась к шкафу.

«Микард» Тимирдяева не хватил, но в ступор он впал, когда увидел лежавшую на полу связанную женщину.

– Это что такое? – просипел он, тыкая нервно пальцем в сторону утихомиренной воительницы.

– А на что похоже? – в свою очередь, спросил Вольский.

– Вы что тут натворили?! – взревел Олег Борисович.

– Ты охренел, что ли, вообще? – мирно так поинтересовался Максим Романович, удивившись.

И тут у Тимирдяева пропел в кармане смартфон. Сопя, как бык перед тореадором, испепеляя Максима взглядом, тот нервно нашарил в кармане телефон и ответил:

– Да!

А услышав, что ему сообщают, изменился в лице, утратив начальственный вид и воинственный пыл, даже потерялся как-то, отвернулся от Вольского и отошел, но, надо отдать должное, быстро совладал с собой, правда, побелел окаменевшим лицом."

"– Понял, сейчас буду. Никого не подпускайте, – и вдруг гаркнул в трубку: – Ментов тоже!

И, повернувшись, снова посмотрел на Максима:

– Возле выхода из зала в кухню нашли Колю Баскарова, моего охранника, с перерезанным горлом.

Максим кивком указал на лежащую на полу женщину:

– Настю она тоже пыталась порезать.

– Она? – поразился Тимирдяев.

– Она, – подтвердила незаметно подошедшая к ним Настя.

– Почему? Зачем? – недоуменно спросил безопасник.

– Затем же, зачем пропал Кипрелов, – ответила Настасья.

– Я ни хрена не понимаю, – раздраженно и растерянно признался Олег Борисович.

– Зато я теперь точно знаю, кто и почему убил Зиночку и куда делся Кипрелов, – бесстрастно посмотрела на него Настя.

– Кто? – справившись с эмоциями, жестко спросил тот.

– Это очень непростая история, Олег Борисович, – спокойно принялась объяснять ему Настасья.