Князь для Белоснежки

Он не будет слушать — в его сознании она уже виновна.

— Так, значит? Даже оправдываться не будешь?

Отрицательное движение головой. Смысл? Или попробовать?

— Это…

Договорить попросту не дали.

— Не стоит… ты права.

Его пальцы проходят по ее щеке и оказываются на шее, сжимая. Взгляд на мгновение застывает на губах, в нем взметнулось пламя, паника…

— Сереж!.. — нет, она опять ошиблась. Ладонь сжалась крепче. Ее ураганом снесло к двери, больно ударило и вжало в дерево.

— Такая невинная, — его лицо очень близко и в нос ударяет запах алкоголя. Страх пронизывает насквозь. В подобном состоянии человек не способен себя контролировать. Ни с того ни с сего вспомнился Одинцов, едва не убивший Ксюшу на тех кадрах, которые она успела увидеть, прежде, чем удалили из сети. Взгляд такой же стеклянный.

И как его остановить? Органы внутри дрожат, но почему-то голос спокойный:

— Убери руку.

Князь моргает, и взгляд обретает разумность. Надолго ли?

— Я ухожу."

"Зеленые глаза наливаются кровью, Ира сжимается, готовая к удару. Бабах! Дверь сотрясается от удара рядом с головой. А Сергей, кажется, снова приходит в себя, глядя на сбитые костяшки, где медленно расползаются гематомы.

Белоснежка дрожит, ожидая худшего.

— Уходи, — процедил сквозь сжатые зубы, — быстро!

Ее уговаривать не надо — его состояние трудно назвать адекватным. Впрочем, как и ее. Рывком открывает дверь, подспудно ожидая подлости. Но нет. Выпускает.

Она стремительно движется к выходу, но краем уха слышит еще несколько ударов. Заскакивает в лифт, а на первом этаже ее в свои объятья ловит Алек. Брат рычит, чувствуя, как сестру трясет.

— Что он сделал? Ира! Отвечай, я его убью.

— Нет, Алек, нет! Увези меня. Ничего… он не сделал. Просто плохо.

Алек еще раз рыкнул, но обхватил ее за плечи и утянул за собой.

Глава 19

3,5 года спустя

— Как дела отец? — Фил Харпер вошел в кабинет гендира «АнФилЛады» Анатолия Филипповича Князя.

— О, Фил, рад тебя видеть, проходи. — Мужчина поднялся из кресла и подошел ближе. Ростом он почти не уступал сыну. Подтянутый и гибкий. Возраст выдавали посеребренные сединой волосы. В остальном — весьма интересный мужчина.

Пожали руки. И присели в гостевые кожаные кресла. Секретарь тут же явилась с предложением напитков. Оба согласились на чай.

— Да, как бы сказать, вроде нормально. Сергей на днях принимает пост гендира. Я обещал ему, если вернется из Питера, займусь данным вопросом. Его уже не устраивает должность архитектора, даже главного.

Фил приподнял бровь. Отец выглядел озабоченным. Поинтересовался, в чем дело.

— Может, ты не хочешь? Сергей давит? Я могу поговорить, — предложил он. Отец совсем не старый, чтоб отправлять его на пенсию. Эндрю Харпер постарше будет, так там и заикнуться нельзя о пенсии.