Белоснежка для Его Светлости

Кнута на нее нет! Эх, моя бы воля…

«Найдется кнут, — мысленно решила я, — вернее, заклинание снежных плетей».

Вслух же ничего не сказала, решив довериться неожиданно образовавшейся группе поддержке, хотя блондинистая ее часть меня довольно ощутимо напрягала, но демонстрировать свою неприязнь к акробаткам я пока не собиралась. Потерплю, а там… видно будет.

В гостевом доме…

— Поединок?! — взвыл эррисар, вскакивая из‑за стола, с которого на пол полетела недопитая бутылка вина и один из бокалов. — С Уной? Да о чем только думала… моя мать!

— Спокойно, Лиам, — попытался утихомирить его Кайлин, поднимаясь следом, но Варг не обратил внимания на недавнего собеседника, с которым несколько часов обсуждал сначала общие дела, а потом и сестру Дигрэ, желая узнать о ней как можно больше.

Бросив короткое «Увидимся!», мужчина покинул гостевые покои снежного эррисара вслед за Ингольвом, принесшим неприятную весть. Через двадцать минут оба друга были в торговом центре, где, оббежав несколько этажей, обнаружили наконец Снежану, да так и застыли столбами в дверях, глядя, как жена эррисара в компании его же матери, двух любовниц, компаньонки и песца с аппетитом поглощает мороженое, о чем‑то непринужденно беседуя со своими довольно улыбающимися спутницами.

— Я вижу то, что вижу? — спросил Ингольв, слегка толкнув Варга плечом.

— Нет, приятель, — отозвался тот, не скрывая раздражения, — у нас с тобой групповые галлюцинации.

Его бесило все! То, что этой безголовой девице наплевать на поединок, который может отправить ее в лазарет или и вовсе убить. Что она так возмутительно легкомысленна, и отвратительно беззаботна, а еще, что ее ничуть не смущает общество близняшек, вопреки недавним возмущениям насчет бывших женщин мужа. И это почему‑то особенно задевало.

Первыми гостей заметили именно циркачки и, синхронно побледнев, попытались сползти под стол, насколько это позволяли их места. Ну, а, глядя на реакцию блондинок, обернулась и Снежка.

В кафе…

Эррисар был страшен. Волосы растрепаны, глаза полыхают серебром, губы кривятся то ли в брезгливой гримасе, то ли в неприятной улыбке, а кулаки… его огромные крепкие кулаки… сжимаются с такой силой, что белеют костяшки. Стоящий рядом с ним Ингольв, наоборот, напоминал эталон спокойствия и невозмутимости. Даже приветливо нам кивнул, но ближе не подошел, а остался сторожить разъяренного медведя, на которого сейчас особенно походил мой супруг.

Прекрас-с-сно! И с чего, спрашивается, такая встреча? Или рыжий «серпентарий» успел донести до Варга свой вариант недавних событий?

— Леди Лиам! — громыхнул на все кафе похожий на раскаты грома голос эррисара.