Белоснежка для Его Светлости

Что же это получается… ОНА меня сюда вызвала? Подойдя ближе к гримории, я остановилась, ожидая какого‑то волшебного знака, но ничего не происходило. Разведя в стороны руку, настойчиво поинтересовалась:

— Что ты хочешь от меня? — а, немного подумав, добавила. — Или это не ты, а твой хозяин?

Осознание, что попала в точку, снова накатило, как недавняя эмоция умиротворения. И я опять не испугалась, лишь стало еще любопытней, чем прежде. По всему выходило, что через книгу мне что‑то хотел сказать сам Лучезарный. Или все‑таки сияющий? Ох, интересно‑то как!

Подойдя вплотную к защитному куполу я, не останавливаемая своим безмолвным проводником, решилась и протянула руку, чтобы коснуться пожелтевших страниц, на которых сейчас красовался рисунок шестирукого божества без лица. Чары не остановили меня и не причинили вреда, и, перевернув страницу, я увидела изображение опутанного цепями саркофага с прозрачной крышкой, под которой лежала мертвая девушка.

«Или не мертвая», — поймала я себя на мысли, подаренной моим таинственным собеседником, и озадаченно пробормотала:

— Неужели светящееся божество на самом деле женщина?

Ответа не последовало. Ни от книги, ни от незримого существа, посылавшего мне разные эмоции и подсказки. Зато появилось навязчивое желание захлопнуть гримуар, что я и сделала, подчиняясь чужой воле. Обложка у «Летописей Годранга» оказалась твердая, кожаная, с металлическими уголками и центром, инкрустированным разноцветными камнями. Всего их было семь, каждый соответствовал одному из цветов радуги, а в середине схемы, по углам которой находились кристаллы, было пустое углубление. Взгляд упал на мою руку, лежащую поверх книги, и я с неудовольствием отметила, что камень в обручальном перстне по размеру идеально подходит на место недостающего элемента магической «звезды». Неприятная догадка заставила перевернуть тяжелый том, чтобы убедиться-центральный кристалл на обратной стороне тоже отсутствовал.

— Так все дело в кольце? — спросила я гриморию, и, надеясь получить ответ, раскрыла книгу на первой попавшейся странице, чтобы узреть ту самую схему, которую видела во время экскурсии. — Это… это… — я силилась прочесть пояснения, расположенные в столбик рядом с чертежом, но буквы расплывались. А потом начало смазываться и все остальное, будто вокруг была не настоящая реальность, а иллюзорная. Разволновавшись, я попыталась схватить с алтаря книгу, но пальцы прошли сквозь нее. Где‑то на грани сознания мне послышался печальный вздох, а в следующий миг я проснулась.

Сообразив, что все было лишь сном, задумалась о его смысле. Потому что на обычное ночное видение это не очень‑то походило. Слишком реалистично, и, главное, очень уж в тему.