Белоснежка для Его Светлости

Во-вторых, обговорили предварительный план действий по предложенной Варгом вылазке на изнанку. Естественно, без пресловутых часов, с которыми Триалин ни за что не был готов расстаться. Ну и напоследок сообща разорвали цепь на зачарованных наручниках. Одним словом, этой встречей бывший эррисар остался очень доволен, так как понял, что по-прежнему может доверять своим верным друзьям, которые не отвернутся и не бросят, что бы кто не говорил.

После ухода гостей вернулась леди Грэй с ключом от оков, одарила выразительным взглядом обрывки звеньев и сняла с рук пленника оставшиеся браслеты, которые он выложил на тумбочку, как символ того, что ни железом, ни магией его тут не удержат. Демонстрацию очень скоро оценили явившиеся с визитом отец и Дьяр. Первый одобрительно хмыкнул, второй нахмурился, но оба промолчали, не став поднимать тему глупого пленения. Возможно, им было стыдно за такое обращение с родным человеком, а может, просто не хотели оправдываться, Варг не уточнял. Его куда больше интересовали другие вопросы. Например, возврат жены, ее подруги и дочери Регины.

— Раз уж меня все равно отстранили от должности, заподозрив в работе на демонов, — сказал он гостям после обмена сухими приветствиями и краткого пересказа плана, — имею полное право пойти и надрать этим монстрам задницы, прежде чем найду и верну своих девочек домой.

— Своих? — зацепился за слово Дьяр.

— Мою жену.

— А как же Регина? Разве вы… у вас ведь… — он замялся, снова хмуря лоб, будто пытался подобрать правильное определение, но не мог.

— У нас все очень сложно, — многозначительно ответил раненый. — Мои девочки в беде, Дьяр, — повторил он, выделив интонацией первое слово. Снежана, Алиса, Клотильда. В лапах волосатых чудовищ, которым они больше не нужны, так как выкуп за них наши маги заплатить отказались. Ты можешь представить, что с ними теперь сделают? — брат сглотнул, отец отвел взгляд, а Варг, яростно комкая в руках ни в чем не повинное покрывало, продолжал говорить, расписывая родственникам возможные варианты участи пленниц. Он говорил все это специально, чтобы пробудить в них совесть, надавить на жалость и усилить чувство вины."

"Но от перечисленных версий мужчине самому становилось тошно. Его девочки… нет, его девочка! Черноглазый воробушек, за которым он готов был рвануть на край света, в другой мир и к черту на рога вот прямо сейчас. От необдуманного шага удерживали лишь опыт и эррисарская рассудительность, которые советовали повременить, подготовиться и собрать команду единомышленников, помощь которых не повредит. Отца с братом тоже надо было перетянуть на свою сторону, заручившись их поддержкой. А уж они пусть потом разбираются с советом милордов и другими предводителями крыльев.