Талисман Белой Волчицы

Качаются, того гляди обвалятся и увлекут за собой плиты, те, что грозно нависли над его головой. Он беспомощно огляделся по сторонам и вдруг заметил девушку.

Она сидела в тени, на камне, на некотором удалении от провала, поэтому он и не разглядел ее поначалу. Незнакомка покачивала ногой в изящном узорчатом сапожке и поигрывала кнутовищем плетки. Длинная юбка мерцала и переливалась в лунном свете. Белый плащ из горностаев небрежно свисал с одного плеча. А из-под высокой остроконечной шапки, отороченной соболем, виднелись косички. Множество косичек, украшенных кораллами и золотыми бляшками.

Заметив, что Алексей смотрит на нее, девушка засмеялась и поднялась во весь рост. Она была тоненькой и стройной, а высокую шею охватывало золотое ожерелье, состоящее из доброй дюжины широких, в палец толщиной, колец.

— Иди сюда, мерген! — приказала она. — Я жду!

— Но я не могу подняться! — признался Алексей. — Да и какой я мерген?

— Зачем винишь себя в слабости? — спросила она насмешливо и протянула ему конец плетки. — Держи, мерген!

Алексей ухватился за него, девушка неожиданно сильно дернула кнутовище на себя, и он очутился на поверхности.

Луна и вправду взошла над горизонтом. Ее неестественно огромный диск завис над степью, орошая ее мертвенно-бледным свечением.

— Откуда ты взялась? — спросил он, отряхивая колени.

Девушка вновь отступила в тень и засмеялась.

— Сначала благодарят, мерген, а потом все остальное спрашивают.

— Спасибо, — смутился он, — как ты меня нашла?

— Велика задача! — совсем как Лиза махнула она рукой.

И Алексей вдруг заметил, что она разговаривает с ним, почти не разжимая губ.

— Ты моего коня не видела? — спросил он, лишь бы что-то спросить, потому что почувствовал вдруг странный холодок, пробежавший по позвоночнику. И подумал: нет, на самом деле все ему снится: и эта девушка, и эта луна. И его освобождение тоже всего лишь фантазия, навеянная лихорадкой и болью в спине.

— Зачем тебе конь? — спросила девушка и махнула рукой в степь. — Смотри!

И он увидел табун лошадей, наверняка кобылиц, потому что они были тонки в кости и высоки на ногах. Ветер развевал их гривы и хвосты, они мчались по степи, рассекая воздух крепкой грудью и почти не касаясь ковылей, и — о чудо! — он видел сквозь них звезды. Кобылицы взлетели на дальний курган и скрылись из глаз, но он все еще слышал топот и ржание: табун уходил к горизонту.

— Знаешь, у меня там документы и винтовка, — произнес он смущенно, стараясь не смотреть в сторону своей спасительницы.

Девушка вновь засмеялась, зазвенела голоском, так звенят сосульки в марте, исходя щедрой капелью.

— Подожди, не спеши! Я тебя провожу. — Она свистнула, и из тени выступила лошадь.