Дети белой крови

Последнее время он занимался только исследователями, даже учеников не брал. Хэллоуин, обменивавшийся с ним редкими письмами, не знал, почему, он и сейчас не думал, что это важно. Но, увидев Маркуса, он даже забыл поначалу, зачем пришел сюда, настолько велико оказалось его удивление.

Этот Маркус был почти не похож на того мужчину, который впервые подошел к Хэллоуину в Латебре – да и вообще на человека. Он, все еще сохранивший человеческий силуэт, был покрыт странной кожей, больше всего напоминавшей лоскутное одеяло: один участок порос чешуей, другой – короткой шерстью, третий – странными бугристыми наростами. Ноги Маркуса полностью не разгибались, и, судя по форме ботинок, ступни уже мало походили на человеческие. Рук у него было не две, а четыре, из них три – вполне развитые, а четвертая просто торчала из спины, как сухая ветвь. Из его лба поднимались длинные изогнутые рога, один глаз был кошачьим, другой, полувыкатившийся, бесцветным и, кажется, слепым. Нос увеличился, губы остались прежними, но за ними четко просматривались деформированные зубы.

Любой, кто встретился бы с Маркусом, не зная его, назвал бы его монстром – и был бы прав.

– Матерь божья, – присвистнул Хэллоуин.

– На нее я как раз не похож, – усмехнулся Маркус. Судя по всему, при своей жуткой внешности он сохранил вполне ясное сознание.

– Что с тобой случилось?

– Это долгая история.

– Года три назад, я поэтому и осел здесь. Тут хорошо: я никому не мешаю, мне никто не мешает. Вот это вот, – Маркус обвел рукой свое лицо, – уже вряд ли изменится, так что звездой вечеринок мне не быть.

– Почему ты ничего не сказал мне в письмах?

– Во-первых, письма могут перехватить. Любой секрет, записанный на бумагу или другой носитель, – уже не секрет. Даже если ты ведешь свой личный дневничок принцессы, его всегда могут украсть, Джонни, поэтому никогда не теряй бдительность и не верь проклятой бумаге. А во-вторых, я знал, что ты воспринял бы такое сообщение неправильно. Ты решил бы, что я страдаю, и помчался бы меня спасать. Но я не страдаю и в спасении не нуждаюсь.

Не похоже, что он врал. Маркус всегда умел адаптироваться, и к жизни он относился очень просто. Его вела вперед жажда нового знания, и, утоляя ее, он готов был на многие жертвы.

Но теперь, кода Хэллоуин сам пришел сюда, Маркус не собирался ничего скрывать. Он давно уже проводил эксперименты на самом себе. Он восстанавливал заклинания по старым книгам и проверял, насколько они эффективны.