Красные камни Белого

 – Грозный прищурился на цеппель, словно прикидывая, как лучше его атаковать.

– Ты самый важный член команды, – резко произнесла Привереда. – Пусть Рыжий идет.

Она тоже помнила о пулеметах.

– Грозный умеет уговаривать.

– А ты бесполезен.

– Как и ты.

Куга прыснула. Тыква старался быть незаметным, всем своим видом показывая, что дискуссия не имеет к нему никакого отношения.

Тем временем Грозный снял с плеча бамбаду и протянул ее Привереде:

– Не потеряй.

– Ты пойдешь без оружия? – изумилась девушка.

– Не знаю лучшего способа установить доверительные отношения.

– Я тебя не пущу. – «Это я сказала? Я?!» Однако изумление исчезло так же быстро, как и появилось, и Привереда убежденно продолжила: – Ты не должен рисковать.

– Да, Грозный, не надо. – Куге была неприятна проявленная соперницей забота.

«Ладно, сучка, мы еще посмотрим, кто кого!»"

"– Пистолет, – произнес лысый, отдавая Привереде патронташ.

Тыква протянул вожаку оружие и поинтересовался:

– Что нам делать?

– Вы поймете. – Грозный спрятал пистолет в карман и усмехнулся. – Если я договорюсь, я вас позову. Если не договорюсь – уходите.

И уверенно направился к цеппелю.

Разговор закончился. Куга судорожно вздохнула, Тыква отвернулся, не желая встречаться взглядом с Привередой, а та подошла к Рыжему и негромко произнесла:

– Если с Грозным что-нибудь случится, я тебя убью.

Она вдруг поняла, что сможет.

«Кто же я?!»

– Глупо, – буркнул Тыква.

– Глупо, – подтвердил Рыжий. И пояснил: – Теперь мне придется стрелять первым.

– Не успеешь.

– Посмотрим.

– Он остановился! – воскликнула Куга, и путники вновь устремили взоры на каньон.

Цеппель пришвартовался шагах в пятистах от скалы, от которой начал свой путь Грозный. Лысый преодолел примерно половину расстояния и теперь стоял, неотрывно глядя на корабль.

– Чего он ждет?

– Хочет, чтобы его заметили.

– Зачем?

– Если его появление получится неожиданным, мы получим не переговоры, а перестрелку, – хрипло объяснил Тыква.

– Не мы, а он, – зло уточнила Привереда.

– Он бамбальеро, он справится.

– Замолчите, – попросила Куга.

Грозный сделал еще полсотни шагов и вновь остановился.

Тишина.

– Они спят.

– Или там никого нет.

– Или…

Одно из боковых окон гондолы распахнулось, и на Грозного уставился ружейный ствол. Синеволосая вскрикнула, Привереда сдавила бамбаду так, что побелели костяшки пальцев, Тыква нервно потер лоб, а Рыжий снял пистолет с предохранителя.

Грозный поднял руки и крикнул:

– Без оружия!

Тишина.

Привереда поняла, что слышит стук своего сердца.