Белое солнце дознавателей

– Это чевой-то вы удумали? Танцевать в этом? Свои платья оставили, а этот срам взяли? Кто продал такое в лавках – закрыть надо срамоту такую!

Я хмыкнула. Леди Тир явно брала на свой вкус – шаровары были полупрозрачными, верх расшит камнями.

– В этом не танцуют перед всеми, Нэнс… это для женщин, – или для мужа. Потому что все танцы жены и наложницы учат только с одной целью – ублажать своего господина. Ведь когда господин в достаточной степени ублажен, им гораздо проще управлять. – Упакуй.

– Мисси!

В дверь деликатно постучали, Нэнс кинулась открывать, бросив на меня укоризненный взгляд. На пороге нервно мялся слуга – дядя к вечеру совершенно загонял всех.

– Госпожа, сир просил передать, что через шестьдесят мгновений ждет вас на нижнем ярусе. И, – он виновато сглотнул, – совершенно не потерпит опозданий.

Я молча кивнула.

***Вниз по ступенькам я спускалась неторопливо. Самые сложные ритуалы у нас, на Севере, проводятся по ночам, Юг придерживается такой же традиции, а вот Восток и Запад считают, что самое лучшее положение звезд и светил на утренней заре.

Эта ночь и точное время – лучшее, из того, что рассчитали клановые астрологи. Особая ночь, для особого ритуала.

Меня собрали быстро – все было готово заранее – купальни, масла, специальная ритуальная одежда. Распустить волосы, верхний плащ – в подземельях холодно, и совершенно никаких украшений. Только браслеты Арритидесов светились кандалами на узких запястьях, и родовое кольцо нет-нет, да вспыхивало силой от близости к источнику, и от того напряжения, что билось внутри.

На нижней поворотной площадке, сразу перед первым спуском в алтарный зал меня уже ждали. Аксель был хмур, Данд бледен, и только дядя излучал непоколебимое спокойствие и уверенность.

– Вайю. Идем.

Глава 6. Близкие люди

Вниз по лестнице я спускалась последней, замыкая шествие. Дядя шел первым, потом Аксель, Данд— и это казалось очень символичным — умирали мы ровно в таком же порядке. Я – всегда замыкающая.

Дандалион шагал обреченно. Нет, шаги были твердыми, плечи развернуты, подбородок вздернут… но… слишком. Слишком четко, слишком напряженно, слишком скованно. И пальцы — я мазнула взглядом — у него одного пальцы были чистыми. Руки Акса и дяди уже полыхали тьмой по локоть и перламутрово отливали искрами силы в сумраке.

Мы шагали по ступенькам синхронно, в едином ритме, пальцы вспыхивали и гасли в такт биения сердец, и даже кровь толчками двигалась по венам с одним и тем же интервалом.

Транс, в голове застучали барабаны, и казалось дядя шагает в такт первым нотам имперского марша – мы маршируем вниз, как на заклание. Обреченно.