Белое солнце дознавателей

– Леди… это знак легионеров, новики приходят десятками за декаду, но это не для леди… это просто знак и девиз Шестнадцатого легиона.

– Уверяю вас, я способна отличить штандарт Шестнадцатого от прочих, – ответила я сухо.

– Если вы решили, леди…

– Решила.

– Сейчас я уточню у Мастера, – короткий поклон и помощник уходит.

– Нет! – Фей-Фей решительно перегородила мне дорогу, когда я поднялась с кресла – Сир Блау не поймет…и… это не для леди! Та-ту-и-ров-ки! Сира не может себе позволить…

– Тебе сказать, сколькие леди в Столице пользуются услугами целителей, какие рисунки наиболее популярны и в каких местах их наносят?

– Мы не в Столице!

– Я решила, Фей, – я аккуратно отодвинула её в сторону.

– Мы не в Столице, мы в провинции, вдруг кто увидит, Вайю? – прошептала она немного испуганно.

– Как часто ты раздеваешься на публике? – я вздернула бровь вверх.

– Муж! – нашлась она наконец. – Тебя увидит муж и это…

Я расхохоталась. Хохотала, вытирая слезы у краешков глаз. Кому-кому, а Иссихару будет совершенно всё равно, даже если я нарисую знак Великого на лбу, его интересуют совершенно другие вещи.

– Я разберусь с мужем.

Фей-Фей уговаривала меня ещё пять мгновений, надеясь переубедить.

– Хорошо, – выдохнула она обреченно. – Хочешь? Хорошо! Выбери что-то женское, изящное, маленькое, – рисунки, которые она мне предлагала больше подошли бы самой Фей-Фей – маленькие бабочки, бутоны королевских пионов, иероглифы благополучия.

– Вот это, на левое предплечье, – я показала свиток Целителю.

– Вайю! Великий!

– Леди… это для легионеров.

– Знаю.

– Вайю! Я умоляю тебя, подумай ещё раз, – она дернула меня за рукав. – Почему штандарт Шестнадцатого? Почему?

Врать Фей-Фей не хотелось, и я ответила честно.

– Потому что Легион. Потому что там служил отец. Потому что я хочу помнить, – я приложила кулак к груди и стукнула пару раз.

– Вайю...

– Леди, прошу, если вы точно решили, – помощник целителя склонился в поклоне, приглашая следовать за ним.

Леди точно решила. Леди хочет помнить.

Хочу каждый вечер, когда я снимаю одежду, раздеваясь перед сном, когда смотрюсь в зеркало, видеть напоминание на своем плече. Чтобы помнить, о том, кто я. И для чего я здесь.

Глава 3. Мы в ответе за тех, кого...

Плечо зудело.

Мирийский ковер был мягким, с длинным ворсом, но стоять на коленях удовольствие сомнительное. Правда, это первый раз, когда я была не одна, а в хорошей компании.

Геб, виновато понурив голову, стоял справа, Фей — слева, пытаясь незаметно почесать спину о ножку стула. После татуировок всегда накладывают обезболивающие плетения, а они часто зудят.

— Всего день! – дядя хлопнул ладонью, и на столе подпрыгнула стопка свитков.