Белое солнце дознавателей. Книга 2

Он нырнул за эту полку — карточки были деревянными и стукались друг о друга, когда он перебирал их пальцами — «24–16», «прецедент при Хэллоу», «попытка организации бунта», «замеры потенциалов за двадцать зим», копии наград, гильдейских оценок и даже оценок в классах."

"Копии, копии, копии документов, оттиски — «подлиннику соответствует», «копия достоверна». Почему дело Юстиния Блау лежит рядом с документами об исходе? За эту информацию леди Блау заплатит столько, что семья сможет не нуждаться до конца жизни.

Если он сможет выйти отсюда.

Мгновения текли быстро — он почти чувствовал, как кончается его время. Истекает, как песчинки в часах. И он — повернул на выход.

Спасительная арка маячила впереди — всего двадцать шагов, приложить жетон и полдела сделано, но… Гладси поколебался на развилке. Последний номер, который его просили добыть и который он выучил наизусть, как раз нужно искать где-то здесь — во второй линии.

Искушение знать было слишком сильным. В архивариусы идут те, кто не может спать, в попытках найти ответы на загадки в Хрониках. Те, кто превыше всего ценит факты и…информацию.

Первый стеллаж, второй, третий — старик остановился и поколебался. Стеллаж выглядел точно таким же, как и все на закрытом ярусе, но чем-то неуловимо отличался. Плетений нет — он проверил, и чары мешают сохранности документов, даже колебания артефактов тепла и температуры могут испортить драгоценные бумаги.

Деревянная бирка с выжженным номером, висящая прямо перед носом — манила. Гладси облизнул губы, оглянулся на выход и выхватил тубус с полки.

***

— Ищите! — голоса звучали приглушенно, но отчетливо.

— Чисто!

— Проверяйте тщательно, он не мог уйти далеко!

Гладси протер очки о рукав, промокнул рукавом виски, и аккуратно выглянул из своего убежища — до выхода, который маячил спасительными рунами чар по арке — ровно пятнадцать шагов.

Пятнадцать шагов, которые отделяют его от свободы или от смерти.

Старый любопытный идиот! Уже успел бы уйти! Успел бы, если бы не проклятое любопытство!

Проклятый стеллаж! Он знал, чувствовал, что с ним что-то не так, но дело не в плетениях и охранках… творение проклятых магов-механикусов!

Стеллаж реагировал на вес свитков. И в тот момент, когда он вытащил тубус с полки — ловушка захлопнулась.

— Заходите с двух сторон, проверяйте последовательно!

— Никаких чар!

— Заблокировать выход!

Он — обречен.

Гладси сглотнул, вспоминая, каким счастливым выглядел внук, когда он видел его последний раз — порозовевший от плетений Целителя, возбужденный открывающимися перспективами…

Это — приговор. То, что он видел — это приговор для всей семьи. В живых не оставят никого… никого из Гладси.