Белочка во сне и наяву

– Настенька не крала колечко, – заплакала костюмерша, – ее подставили.

Мне стало безмерно жаль Гвоздеву. Тяжело осознавать, что твой любимый ребенок не хочет жить честно. Но, наверное, когда-нибудь нужно снять розовые очки.

– Кто и по какой причине мог навредить Насте? – поинтересовалась я.

Лена навалилась грудью на стол и зашептала:

– Не знаю. Мне разрешили недолго поговорить с дочкой, и я поняла, что она не врет. Настюша спросила: «Мама, зачем бы мне показывать в ломбарде свой паспорт? Я же не дура, отлично понимаю, что украденное будут искать, вызовут полицию, а та первым делом к барыгам обратится. Я на зоне сидела. Знаешь, сколько таких историй наслушалась? В Москве полно людей, которые у тебя любую вещь возьмут и никаких вопросов не зададут, документы не спросят. А Нина Феликсовна сто раз перстень на полочке бросала. Пойдет руки мыть, снимет его и забудет. Кто-нибудь кольцо найдет и Ларисе отдает. Я сама несколько раз колечко Малкиной приносила. С чего бы мне его сейчас красть? Я совсем идиотка, что ли?» Тогда я попросила дочку поклясться моим здоровьем, что она ни при чем. И Настена сказала: «Чтоб тебя парализовало, если я вру. Чтоб мне следующие тридцать лет с ложечки тебя кормить и в памперсы одевать». Лампа, помоги! Пожалуйста, спаси Настеньку!

– Странная история, – пробормотала я. – Понимаешь, наперсточники никогда не проигрывают, это фокусники с чрезвычайно ловкими руками.

– Моя доченька красавица! – воскликнула костюмерша. – Я же тебе объяснила, Настя понравилась мужчине, он и решил ей подарок сделать.

– Леночка, украшение стоит миллионы, – напомнила я, – такое на кон не ставят.

Гвоздева схватила меня за руки.

– Помнишь, я говорила тебе про цыгана Костю? Который мою девочку на кривую дорожку сбил? Настюша рассказала, что он ювелирку воровал, но цены ей не знал, подчас дорогущий браслет за пару сотен скупщику отдавал. Вот, смотри, у меня с собой фото Зуевой с перстнем на руке, я взяла его из журнала. Ну и как он тебе?

– Я плохо разбираюсь в стоимости украшений, – призналась я. – А по снимку тем более трудно определить цену. Но если камень в середине настоящий бриллиант, то изделие очень дорогое.

– Правда, брюлик на горный хрусталь похож? – наседала Елена.

– Хм, если ориентироваться по иллюстрации в гламурном издании, то да, – осторожно согласилась я.

– Ага! – заликовала костюмерша. – Откуда простому мошеннику знать, как выглядит истинный алмаз? Наверняка наперсточник подумал, что в его жадные руки попала бижутерия, и решил использовать кольцо, чтобы подкатиться к юной красавице. Все эти Махмуды такие.

– Ты знаешь этого типа? – удивилась я.

Елена потерла виски пальцами.

– Конечно, нет.

– Назвала его сейчас по имени, – сказала я.