Белла

— В этом месяце? Или в прошлом?

Они ужинали в дорогом кафе на великолепной Джермин-стрит. Белле время от времени разрешалось гулять с Кристофером, если они брали экипаж миссис Пелэм, а извозчик отвозил их до места назначения и привозил обратно. Стояла прекрасная и теплая погода, поэтому они решили пройтись пешком. Харрис на экипаже следовал на приличном расстоянии.

Какое-то время Кристофер молча прихрамывал рядом с ней.

— До встречи со мной?

— Что? А, Летти. Нет, познакомился после встречи с тобой. Но задолго до нашей помолвки.

— Мы с ней ни разу не виделись. Ты ни разу не приводил ее на приемы, где была я.

— Нет. Вы бы совершенно не подошли друг другу.

— И почему, интересно?

— Потому что ты леди, а она нет.

— А почему она не леди?

— Ах, Белла. Ты задаешь непростые вопросы. Неужели ты... не догадываешься?

— Я девушка-провинциалка, Кристофер. Тебе не кажется, что надо объяснить?

Он призадумался. Скажется ли это на его помолвке?

— Скажем так, она принадлежит определенному кругу, к которому тебе нежелательно принадлежать.

— Ты тоже принадлежишь этому кругу?

— Не совсем. В какой-то степени.

— Мы уже давно вместе, Кристофер. Ты никогда не рассказывал об... иной стороне своей жизни.

— Наверняка ты догадываешься, что мне не очень хочется посвящать тебя в подробности этой стороны жизни.

Они вышли на Пикадилли, освещенную и ровную. Рядом сновали попрошайки, но не приставали. В основном они толпились в тени и наблюдали, как богатеи проезжают мимо на экипажах.

— Мы недалеко от Палтни, куда ходили неделю назад, — заметил Кристофер. — Тебе понравился фон Баденберг?

— Он прекрасно говорит на английском.

— Но много болтает, не находишь?

Кристофер взял ее под руку.

— Мы еще немного пройдемся. Харрис не потеряет нас из вида.

— Знаешь, откуда взялось название «Пикадилли»? Вчера вечером мне рассказал Ротшильд. От слова «пикадил». Так называлось крепление, которое держит воротничок камзола. Торговец и портной по имени Роберт Бейкер сколотил состояние, торгуя такими воротничками, и построил себе огромный дом севернее Марилебон-стрит. Это случилось пару столетий назад.

Они шли молча. Кристофер поразительно хорошо управлялся с искусственной ступней.

— Милый Кристофер, — обратилась к нему Белла. — Разумно ли водить меня гулять по местам, где я в любой момент могу столкнуться с какой-нибудь дамочкой из «Мадам Коно»?

— Милая Белла, я всю жизнь рискую. Не забивай голову этими глупостями, малышка.

Через минуту он продолжил:

— Все дело в том, что мой разум это не трогает. Дело в низменных инстинктах.

Он улыбнулся, и усы подергивались с хорошо знакомой Белле привлекательностью.

— Вряд ли у тебя есть неизменные инстинкты, Белла.

— А у тебя, значит, есть?

— И я всегда буду замечать эти...