Белая ворона или ловушка для попаданки

— Ох, горюшко! Ты чего наделала-то?! — Саяна застала меня, когда я наклонилась к лавке, чтобы поднять свои постирушки и развесить их на улице. Чистая, переодетая в свежую одежду и с обрезанными, мокрыми волосами.

— А может ты и права, куда с такой косищей то в городе? — она окинула взглядом умывальню.

— Сожгла? — заметив тлеющий огонек в печи, спросила женщина. Я лишь кивнула и вышла на улицу.

После завтрака, в дом Саяны потянулись женщины с вещами для меня и ребятни. Как говорится: «С миру по нитке- голому рубаха». Пусть вещи были не новыми, но чистыми и целыми. В основном рубахи, пара сарафанов, штанишки, в общем все для теплой поры. А на носу осень…

И то, что мы уедем из селения раньше, говорит о том, что теплая одежда будет моей головной болью. Если бы только это…

— Марушка, тебя староста кличет, — после ухода женщин, в дом Саяны забежал вихрастый, рыжий мальчишка и махнув мне рукой, выбежал на улицу.

Поняла, что приехал, тот самый разыскатель или по-нашему — следователь и поспешила вслед за мальчиком.

— Это она? — на меня свысока смотрел немолодой, крепкий мужчина. Хотя вопрос и предназначался старосте, его оценивающий, внимательный взгляд, был направлен в мою сторону.

Он с усмешкой взглянул на мои волосы. У меня бы просто не получилось обрезать их слишком коротко, да я к этому и не стремилась, а теперь, они волнистыми прядями, спадали на плечи. Благодаря тому, что волосы стали немного виться, утратив свою прежнюю тяжесть, были не так заметны неровно обрезанные концы. Правда, я так спешила, что не успела заплести их в косицу.

— Она, Марушка. Варкина старшая дочка, — пояснил староста, почесывая макушку, видимо тоже оценил мою новую прическу, но вслух ничего не сказал.

— Ну, вот, что я тебе скажу, Марушка… Поджога не было, огонь шел из избы, а значит, мамка твоя, забыла погасить свечу, когда легла спать, — спокойно, как ребенку стал объяснять мне мужчина. Однако, у меня на этот счет было свое мнение, но к сожалению, возможности высказаться не было.

Зачем зажигать свечу, среди белого дня? Печь в селении топили круглый год и потому уголек, выпавший из печи, был даже более жизнеспособным предположением. Вот только сегодня Варка не топила печь. Кто в деревнях спит днем, не считая больных, стариков или младенцев. Если огонь шел из избы, это не отменяет того, что поджег могли устроить именно в доме. В общем миллион вопросов и нет способа их задать. Обидно…

А еще более обидно то, что я единственная среди живых, знала, что произошло на самом деле. Но даже имей я возможность говорить, не смогла бы ничего доказать.

— Поэтому, выплата вам не полагается, — тихо произнес мужчина и до меня наконец-то дошло, что никто не собирался выплачивать нам ни копейки… ну или местной медяшки.