Белая мгла

Она была права, однако Крейг не хотел это признавать. Ну как можно заблудиться на пространстве в несколько ярдов? Он отказывался этому верить.

Он обнял Софи, но сам был в отчаянии. Он думал, что превосходит Софи, так как она напугана больше его, и некоторое время считал себя мужчиной, защитником, а теперь вот завел их обоих неизвестно куда. «Нечего сказать, мужчина, – подумал он, – защитничек». Ее приятель, студент юридического факультета, если такой существует, справился бы лучше.

И вдруг краешком глаза он увидел свет.

Он повернулся в том направлении, но свет исчез. В его глазах была лишь мгла. Привиделось?"

"Софи почувствовала, как он напрягся.

– В чем дело?

– Мне показалось, что я увидел свет. – Когда он повернулся к ней лицом, он вроде опять увидел свет краешком глаза. А когда он снова посмотрел в том направлении, никакого света не было.

Он вспомнил, что слышал на занятиях по биологии о периферическом зрении, регистрирующем предметы, которые не видны прямым зрением. Объясняется это наличием слепого пятна на сетчатке глаза. Крейг снова повернулся к Софи. И свет появился. На этот раз Крейг не стал поворачиваться к нему лицом, а постарался рассмотреть, не двигая глаз. Свет мерцал, но не исчезал.

Крейг снова взглянул туда, и огонек опять исчез, но теперь уже Крейг знал направление.

– Туда!

Они пошли, проваливаясь, по снегу. Свет не появлялся, и Крейг подумал, уж не была ли это галлюцинация, вроде миража оазиса в пустыне. Потом огонь вдруг мелькнул и тотчас снова исчез.

– Я его видела! – воскликнула Софи.

Они продолжали брести. Секунды через две огонь снова появился и на этот раз уже не пропадал. Крейг почувствовал несказанное облегчение: ведь всего несколько минут назад он считал, что погибнет и Софи погибнет вместе с ним.

Подойдя ближе к свету, Крейг увидел, что это фонарь над задней дверью дома. Они сделали круг и вернулись туда, откуда двинулись в путь.

6.15Миранда долго лежала, не шевелясь. Она боялась возвращения Дейзи, но ничего не могла предпринять. Дейзи заходила в комнату, стуча сапогами, опускалась на колени и заглядывала под кровать. Миранда видела звероподобное лицо Дейзи – ее бритую голову, сломанный нос и темные глаза словно в синяках от черного карандаша. Лицо это было такое страшное, что Миранда порой крепко зажмуривалась – до того, что под веками вспыхивали фейерверки.

Под конец мысль о Томе заставила ее сдвинуться с места. Должна же она как-то защитить своего одиннадцатилетнего сына. Но как? Одной ей ничего не сделать. Она готова была встать между бандитами и детьми, но это ничего не даст: ее отбросят в сторону, как мешок с картошкой. Воспитанные люди не способны на жестокость – это-то и делает их воспитанными.

Решение проблемы зависело от того же, что и раньше.