Белая гвардия

Кое-какие гроши на жизнь Мукузели подбрасывали местные коммерсанты, тоже в свое время отправившиеся в изгнание из-за разногласий с Папой по поводу процентов и акций, — на всякий случай, вдруг да что-нибудь и получится.

Получился один пшик. Мукузели, на свое несчастье, оказался идеалистом и романтиком — серьезные спецслужбы с подобной публикой предпочитают не связываться по причине ее полной непредсказуемости. Единственное его достижение заключалось в том, что ему удалось выпросить у меценатов денежку на небольшую радиостанцию, маломощную и дешевенькую, умещавшуюся в двух комнатушках маленького домика. И вот уже два года доктор Мукузели по три раза в неделю выходил в эфир на часок, нудно и однообразно понося президента за казнокрадство и гонения на демократию."

"Умов он этим не смутил и массы на борьбу с режимом не поднял — разве что в столице нашлась кучка последователей, украдкой малевавших на стенах считавшийся антиправительственным лозунг «Бахура! Лабарта!» (что означало «свобода» — на местном языке и искаженном французском). Лучшим доказательством совершеннейшей никчемности Мукузели как раз и было то, что он невозбранно занимался радиохулиганством целых два года. Иначе полковник Мтанга по свойственной ему живости характера давно бы что-нибудь придумал: ну, скажем, в постель к доктору заползла бы переночевать здешняя рогатая гадюка. У гадюк, помимо скверного нрава и ядовитых зубов, есть одно ценное качество: даже будучи взята живой, она никогда не сознается, на кого работает. Соседняя страна, где обосновался беглец (слева и севернее, если стоять спиной к океану, а лицом вглубь континента), была раза в три меньше Папиной державы, гораздо беднее, с вовсе уж символической армией, так что при необходимости никто не поколебался бы выбросить туда десант на вертолетах и сцапать Мукузели живьем (благо он обосновался в захолустном городишке всего-то милях в пятидесяти от рубежей покинутой родины — а граница пролегала по джунглям и саваннам чисто символически, у приютивших доктора соседей не имелось ни пограничников, ни противовоздушной обороны). В конце концов, когда года четыре назад обнаружилась гораздо более опасная кандидатура на вакантное место лидера эмигрантской оппозиции (бывший владелец одного из алмазных рудников, ничуть не романтик и не идеалист, с приличными капиталами и кое-какими связями среди европейских политиков), все кончилось быстро и грустно. Бедолагу обнаружили в Булонском лесу, покончившим с собой двумя выстрелами в затылок.

— Режьте мне голову, это не Мукузели, — сказал полковник Мтанга решительным тоном. — Во-первых, у него кишка тонка устроить хотя бы одно покушение, не говоря уж о пяти, во-вторых, я бы за месяц доискался.