Бей первой, леди!

Макс снова лег и слушал шум дождя и гром, что изредка заглушал ливень. Вспышки молний становились все ярче, гроза набирала обороты, и тут вдруг накатила сонливость. То ли усталость сказалась, то ли восстановиться после больницы еще не успел — непонятно. Или найденный ответ к загадке, над которой битый час ломал голову, даже не ответ — путь к ответу, кривой, как положено, и неблизкий, но единственный.

После завтрака Макс первым делом отыскал Рогожского. Господин заместитель вдовы выглядел блестяще, был гладко выбрит, настроение имел отменное, несмотря на серость и туман за окном. После грозы погода нахмурилась, и то и дело с неба сыпался мелкий дождик, однако Рогожский встретил Макса в отличном расположении духа.

— Мне к врачу надо, — с порога заявил Макс.

Рогожский помолчал, сделал серьезное лицо и сосредоточенно уставился в окно, точно прикидывая, не нарушит ли временное отсутствие Макса покоя в доме. Думал ровно минуту, потом милостиво кивнул:

— Валяй, езжай. Только быстро и сразу назад, я за тебя твою работу делать не собираюсь. И если ей что понадобится — извини, я тебя хоть под наркозом, но сюда вызову.

Разумеется, Макс спешил, и, понятное дело, не к врачу, а в «Страж», что поставлял Рогожскому охранников. По-хорошему, надо бы еще и в кадровое агентство заглянуть, что прислугу для Рогожской вербовало, но на это времени нет. И что самое неприятное, он так и не придумал себе официальный и правдоподобный предлог для похода в этот самый «Страж», как ни крутил — ничего путного в голову не лезло. И уже по дороге, проскочив пробку у моста, решил, что действовать будет по обстоятельствам, то есть импровизировать.

«Страж» помещался в старой, еще дореволюционной двухэтажной постройке из красного кирпича. Основательное, под новой крышей здание располагалось в самом центре города, фасадом выходило на проспект. Макс оставил «Мазду» на парковке у магазина и немного прогулялся назад, по дороге купил необходимый реквизит — местную газету. Она не подвела: объявление находилось на прежнем месте, и в «Страже» по-прежнему требовались «отслужившие в ВС мужчины до сорока лет». Макс даже что-то вроде радости испытал, увидев объявление на хорошо известном месте, обрадовался почти как старому знакомому: зря, что ли, несколько месяцев на него глядел, вот оно и пригодилось. И так, постукивая сложенной газетой по ладони, Макс вошел на территорию «Стража»

— Я насчет работы, — с порога заявил он охраннику, что сидел за турникетом. Набыченный мужик в сине-черной форме понимающе кивнул и пропустил Макса дальше, в длинный, узкий и чертовски холодный предбанник.