Бей первой, леди!

Красивые, — пробормотал он, чтобы сказать хоть что-то. Не нравились ему эти звери, вот не нравились — и все. Дерганые, неуправляемые, и неизвестно, чего от них ждать в следующую минуту: что тут может понравиться? А Юлька, судя по ее виду, в полном восторге, даже раскраснелась, бледность враз куда-то подевалась, и глаза блестят так, что смотрел бы и смотрел. А та улыбнулась, махнула хвостом и отвела Макса в сторонку: по коридору шел тот самый азиат и вел в поводу Кристалла.

На солнце его шерсть блестела еще ярче, проточина на морде стала и вовсе белоснежной, Юлька чмокнула зверюгу в переносицу и мигом оказалась в седле. Макс и моргнуть не успел, а Юлька уже смотрит на него сверху вниз и с сосредоточенным видом разбирает поводья. Она толкнула Кристалла пятками в бока, тот тряхнул гривой и пошел рядом с азиатом, что пока еще держал его под уздцы. Отпустил только у въезда в манеж, отошел в сторонку, и девушка медленно поехала дальше. Макс осмотрелся: рядом никого, манеж пуст, песок перерыт копытами, всюду виднеются отпечатки подков. На длинных лавках, что располагались вокруг манежа, тоже пусто, если не считать двух или трех работников вроде уже пропавшего с глаз долой азиата, то ли подметают между рядов, то ли бумажки подбирают. Но они были далеко, Макс повернулся к ним спиной, перебрался через невысокую ограду и сел на лавке в первом ряду. Отсюда было удобно наблюдать и за Юлькой, и за входом: двери манежа открыты настежь, мелькают мимо рабочие, но внутрь никто не суется: хозяйкина дочка приехала, близко не подходи. Никто и не подходил, что радовало, и Макс принялся смотреть на Юльку."

"Управлялась она с почти двухметровой зверюгой запросто и совсем его не боялась. Даже не так, она точно играла с конем, нарезая круги по манежу. Макс почувствовал что-то вроде зависти: ему-то самому слабо, а Юлька крутит этой тушей как хочет, и вид у нее при этом довольный и сосредоточенный одновременно.

Девушка проехала шагом еще пару кругов — и началось, Макс сначала заволновался, а потом успокоился: Юлька знала, что делает. Он откинулся на спинку лавки и наблюдал за здоровенным конем, что легко, точно и не замечая ее веса, носил на себе по манежу девушку. То рысью пойдет, то галопом, и не прямо, а больше кругами, огромными «восьмерками», а Юлька лишь покачивается в седле: спина прямая, голова поднята, локти прижаты к бокам, поводья держит ровно — загляденье.

Он и смотрел, не отрывая глаз, смотрел и вовсе расслабился, точно кино доброе старое глядел, положил подбородок на ладони и следил за Юлькой. А та уже примеривалась к двум барьерам, что один за другим метрах в трех друг за другом стояли у стенки манежа.