Бей! Корсар из будущего

Надо бы пойти на базар, купить бритву – ведь я брился ножом. Заодно и город посмотрю.

После завтрака – паста оказалась неожиданно вкусней, чем я ожидал, а может, просто проголодался? – я отправился в город.

Рынок был богат товарами, что совсем неудивительно. Италия стояла почти на перекрестке торговых путей. На восток – Греция, на запад – Испания, на северо-запад – Франция, через море на восток – Турция и Персия, на юг – Египет. Венеция, Генуя, Пиза стали центрами торговли между Европой и Востоком. Этому способствовали и Крестовые походы. Шелка, гобелены, ткани, благовония и фарфор из Китая, жемчуг из Индии, оружие из Испании и Персии, одежда любых покроев, фрукты, овощи, рыба. Некоторым диковинным фруктам я и названия не знал, поскольку видел впервые.

Прошел в угол, где торговали оружием. Глаза разбежались от его разнообразия: шпаги, сабли, мечи, алебарды, ножи любых размеров из разных стран. Выше всего ценились испанские изделия из Толедо и персидские. Я полюбовался, вздохнул и прошел мимо. Зачем мне здесь шпага, к примеру? Я приехал лечить, а не воевать. Но какой же настоящий мужчина спокойно пройдет мимо оружейной лавки? Впрочем, как и любая женщина не способна удержаться от соблазна полюбоваться на украшения и одежду. Вы где-нибудь видели женщину, что невозмутимо пройдет мимо модного магазина одежды и не повернет хотя бы головы?

В одной из оружейных лавок я нашел то, что искал, – отличную опасную бритву с костяной ручкой. Все же лучше и чище бриться бритвой, а не мучиться с ножом.

А на выходе я увидел уличного художника, за гроши пишущего моментальные портреты прохожих углем на бумаге.

Удача сама шла в руки. Я договорился с ним о написании объявления на деревянной доске масляными красками, чтобы не смыло первым же дождем.

Еще заранее, когда мы плыли на корабле, я решил, что попробую заняться во Флоренции пластической хирургией. Риска меньше, денег больше. Одно дело – оперировать в брюшной полости и долго выхаживать пациентов после вмешательства, и совсем другое – пластика. Знаний и труда, причем кропотливого, аккуратного – под стать ювелирному искусству, – требуется не меньше, чем при полостных операциях, но и прибыток больше.

О деньгах приходилось заботиться постоянно. Не было в это время зарплат в привычном понимании. Только господин заботился о своих холопах постоянно: давал им кров и пищу. Но я не холоп, я – свободный гражданин. А коли свободен – волен делать что угодно. Свободный человек – сам себе господин: может трудиться не разгибая спины, может на печи лежать. Но кто его кормить будет?

Чего скрывать – мне хотелось иметь деньги, которые дают определенную свободу и независимость. Но я не вор, не грабитель, не мошенник. В конце концов – не воин, берущий на меч трофей.