Бегущая могила (ЛП)

— Тебе было девятнадцать, — сказала Робин. — Именно столько было Уиллу, когда он впервые услышал речь Джонатана Уэйса.

— Ха! Ты думаешь, я был в секте?

— Нет, но я хочу сказать… Мы должны простить то, кем мы были, когда не знали ничего лучшего. Я сделала то же самое с Мэтью. Я сделала именно так. Нарисовала в пробелах то, что хотела. Верила в истины высшего уровня, чтобы объяснить всю эту чушь. “Он на самом деле не имеет этого в виду. На самом деле он не такой”. И, о Боже, доказательства были перед моим лицом, и я, черт возьми, вышла за него замуж — и пожалела об этом через час после того, как он надел кольцо на мой палец.

Услышав это, Страйк вспомнил, как он ворвался на их с Мэтью свадьбу в тот самый момент, когда Робин собиралась сказать “да”. Он также вспомнил, как они с Робин обнялись после того, как он ушел с приема, а она убежала за ним с первого танца, и понял, что теперь пути назад нет.

— Так чего же хотела Амелия? — спросила Робин, набравшись смелости спросить теперь, когда Страйк рассказал ей все это. – Она… она ведь не винила тебя, правда?

— Нет, — сказал Страйк. — Она выполняла последнюю волю своей сестры. Шарлотта оставила предсмертную записку с инструкциями передать мне сообщение.

Он улыбнулся, увидев испуганное выражение лица Робин.

— Все в порядке. Амелия сожгла ее. Не имеет значения – я мог бы написать это сам – я рассказал Амелии именно то, что написала Шарлотта.

Робин забеспокоилась, что спрашивать об этом, возможно, неприлично, но Страйк не стал дожидаться вопроса.

— Она сказала, что, несмотря на то, что я был ублюдком, она все равно любила меня. Что однажды я пойму, от чего отказался, что в глубине души я никогда не буду счастлив без нее. Что…

Страйк и Робин однажды уже сидели в этом кабинете после наступления темноты, напившись виски, и он был опасно близок к тому, чтобы перейти грань между друзьями и любовниками. Тогда он почувствовал фаталистическую смелость воздушного гимнаста, готовящегося выпрыгнуть в центр внимания, когда под ним был только черный воздух, и сейчас он чувствовал то же самое.

— …она знала, что я влюблен в тебя.

Удар холодного шока, электрический разряд в мозг: Робин не могла до конца поверить в то, что только что услышала. Казалось, секунды тянулись медленно. Она ждала, что Страйк скажет: “очевидно, это была ее злость”, или “потому что она никогда не понимала, что мужчина и женщина могут быть просто друзьями”, или пошутит. Однако он ничего не сказал, чтобы обезвредить гранату, которую только что бросил, а просто смотрел на нее.

Затем Робин услышала, как открылась наружная дверь, и невнятный баритон Пат с энтузиазмом поприветствовал кого-то.

— Это Райан, — сказала Робин."

"— Верно, — сказал Страйк.