Бегущая могила (ЛП)

Три часа ночи — чертовски странное время для разъездов на фургонах. Кстати, я тебя не разбудила?

— Нет, — сказал Страйк, — послушай…

— Значит, мы в хвосте…

— ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ПОСЛУШАЙ!

Робин, служащие “Макдоналдса” и другие посетители уставились на него. Страйк вышел из ресторана. Оказавшись на тротуаре, он сказал:

— Я не сплю, потому что мою машину только что обстреляли, в ней были я и Робин…

— Что…?

— По моим сведениям, у церкви есть оружие, причем во множестве. В такое время будет очевидно, что вы преследуете этот фургон. Брось это.

— Но…

— Ты не знаешь, что там Лин. Это слишком большой риск. С тобой гражданский — гражданский, который, как им известно, знает слишком много. Узнай номер, а потом езжай домой.

— Но…

— Не спорь со мной, мать твою, — угрожающе произнес Страйк. — Я тебе сказал, что я хочу. Выполняй, блядь.

Он обернулся и увидел, что Робин несет два больших пакета с едой.

— Давай поедим в офисе, — предложила она, не желая привлекать к себе лишнего внимания в ресторане. — Это всего лишь в десяти минутах ходьбы. Тогда мы сможем поговорить как следует.

— Хорошо, — раздраженно сказал Страйк, — но сначала дай мне бургер.

И они пошли по темным улицам в сторону Денмарк-стрит, причем Страйк пересказывал Робин то, что только что сказала Мидж, между большими кусками гамбургера. Он уже принялся за пакет с жареной картошкой, когда они дошли до знакомой черной двери с новым замком, защищенным от вскрытия. Поднявшись наверх, Робин распаковала остатки еды за столом партнеров. Она все еще чувствовала себя бодрой.

Страйк, вскоре поглотивший три гамбургера и два пакета картошки фри, теперь принялся за яблочный пирог. Как и Робин, он не испытывал ни малейшего желания спать. Непосредственное прошлое словно сжималось и растягивалось в его сознании: в один момент ему казалось, что перестрелка произошла неделю назад, в другой — что он только сейчас почувствовал жар пули, пронзившей воздух возле его щеки, и увидел, как разбилось лобовое стекло.

— На что ты смотришь? — спросил он Робин, заметив ее слегка остекленевший взгляд на доску на стене позади него.

Казалось, что она отвлеклась на что-то далекое.

— Я ведь не сказала тебе, что такое третья Божественная тайна? “Живая жертва”?

— Нет, — сказал Страйк.

— ВГЦ — это торговля детьми.

Челюсти Страйка перестали двигаться.

— Что?

— Лишние дети, в основном мальчики, доставляются в центр в Бирмингеме, где они хранятся до момента продажи. Это нелегальная служба усыновления: дети за деньги. Большинство из них отправляется в Америку. Твой друг Джо Джексон, судя по всему, за это отвечает. Судя по тому, что сказала Флора, из ВГЦ уже ушли сотни детей.