Беглянка. Дорога к счастью

— Что такое сотейник и где мне взять тряпку, чтобы вытереть пол?

Саша ненадолго задумался. Что такое сотейник, он и сам с трудом представлял, но, логически помыслив, извлек из духовки несколько сковородок, выбрал самую глубокую и протянул ей.

— Вот это сотейник, а тряпка в ванной на ведре висит.

— В ванной?

— Только не говори, что не знаешь, что такое ванная, — саркастично протянул он и сложил руки на груди, прожигая насмешливым взглядом.

— Я не знаю о том, что она у тебя вообще есть! — возмущенно воскликнула Таня. Он откровенно издевался над ней, и это раздражало с каждой минутой все больше.

— Сочувствую, вторая дверь налево…

— Почему ты обманул меня?

— Не хотел, чтобы тебе у меня понравилось, — честно признался Саша и презрительно ухмыльнулся. Он не желал видеть ее здесь и не собирался помогать освоиться в своем доме.

— Это жестоко, — с горьким укором проговорила она и покачала головой, поражаясь его поведению. — Я боюсь уличного туалета и не могу нормально помыться в холодной воде в бане.

— Это твои трудности, — отмахнулся Саша и отвернулся к окну, стараясь игнорировать вдруг проснувшуюся совесть. При одном взгляде на растерянную, несчастную девушку сердце предательски сжималось, а по коже пробегала нервная дрожь, но он мужественно терпел выходки организма, не позволяя эмоциям вырваться наружу.

Таня шумно выдохнула, глядя на его широкую спину, и отправилась по указанному маршруту на поиски ведра и тряпки.

Ванная, как оказалось, располагалась совсем рядом с ее комнатой, загляни она туда раньше, стольких страхов могла бы избежать.

Кое-как вымыв пол, Татьяна отнесла тряпку и вернулась обратно. Саша так и стоял около окна. Массивная фигура занимала половину пространства, но его, казалось, это мало волновало.

— Есть будешь? — осторожно поинтересовалась Таня, чтобы хоть как-то нарушить гнетущую тишину.

— А есть что? — удивился он и, развернувшись, с интересом посмотрел на нее. Никак не ожидал, что она справится с поставленной задачей.

— Есть. Паста с соусом болоньезе, — торжественно объявила Татьяна и, довольно улыбнувшись произведенному эффекту, пошла за тарелками.

— Ты сама-то пробовала? — с сомнением спросил он, поглядывая на плиту. Саша знал блюдо, о котором говорила Таня, но не помнил, чтобы у него были нужные ингредиенты, не говоря уже о пасте.

— Нет. Тебя ждала.

— М-м-м, — снисходительно протянул он и присел за стол, с интересом наблюдая за ее действиями.

Татьяна ощущала на себе его взгляд и нервничала еще больше. От волнения руки предательски дрожали, и открыть крышку удалось не с первого раза. Она заглянула в кастрюлю и замерла.

— Что-то не так?

— Даже не знаю. — Она попробовала отковырять макароны, но безуспешно — они слиплись в одну большую массу.