Беглец

Такую же площадь на Уллис он делил со своей напарницей. И кровать тут пошире. Не сказать, что двуспальная, но куда вольготнее прежнего.

– Господи, как же давно у меня такого не было, – ткнувшись ему под мышку, глухо произнесла она.

– Хочешь сказать, что блюла целомудрие? – обнимая ее, с явным недоверием поинтересовался он.

– Разумеется нет. Но то была работа. А здесь я потому, что захотела сама. Разницу улавливаешь?

– А как же контракт агента?

– Ты не производишь впечатления думающего не головой, а головкой. Так что здесь я сугубо с мужчиной, походя накостылявшим четверым обидчикам. Всегда испытывала слабость к таким типам.

– Ты вроде указывала на другую причину. Нет?

– Одно другому не мешает.

Она подняла голову, всмотрелась в лицо Андрея, мило улыбнулась и потянулась к его губам. При этом ее затвердевший сосок прошелся по его груди бархатным шариком. Он и сам не ожидал, что его это так возбудит. Но дружок тут же налился кровью и вздыбился."

"– Ого! Ты уже готов?! – оторвавшись от его губ и лукаво улыбнувшись, произнесла она.

– Не уверен, что ты все поняла правильно.

– Не сомневайся, язык мужского тела я всегда понимаю правильно, – обхватывая его горячей ладошкой, заверила она.

Несколько раз сжала, всматриваясь в лицо Андрея, явно довольная произведенным эффектом. Потом ее горячие губы коснулись его соска. Не остался в стороне и шаловливый язычок. Постепенно она спускалась все ниже, пока наконец не завладела им. Горячее дыхание и умелая любовница. Андрей не выдержал и минуты.

– Иди сюда, бестия!

Он одним махом взгромоздил ее на себя и с силой вошел в горячее лоно, вырвав из нее сладостный вздох. При этом ее расширенные глаза выражали одновременно страсть, испуг и удивление. И именно этот взгляд довел его возбуждение до максимума. Толчок. Еще. С третьим включилась и она, сразу же попав в ритм.

Его рука легла на белую упругую грудь, не в состоянии покрыть ее полностью, хотя ладонь у него далеко не маленькая. Несмотря на грубую мозолистую кожу, Андрей явственно почувствовал бугорок ее соска. Казалось, большего возбуждения ему уже не достичь. Но он вынужден был признать ошибочность этого мнения.

На этот раз ему пришлось постараться подольше, и когда он наконец достиг пика, Кэтти успела побывать там дважды. И едва только он остановился, как она распласталась на нем, жадно глотая воздух, обдавая его ухо горячим дыханием.

– Сверху – это была ошибка, – сглотнув тягучую слюну, прерывисто произнесла она.

– Тебе не понравилось? – в тон ей, борясь с нехваткой воздуха, поинтересовался он.

– Понравилось. Но если бы ты был сверху, тебе можно было получить то же самое, не напрягаясь, – хихикнув или, скорее, попытавшись это сделать, ответила она.

– Тогда я так долго не продержался бы.