Бег

В голове пульсировали слова: «Там будет ад, но там будет весело!» За почти три года тюрьмы я, казалось, научился не торопиться. Главный мой недостаток в жизни — это нетерпение и, вероятно, я начал его уверенно побеждать. Но сейчас мой внутренний покой, который я обрел духовными практиками, полностью разрушен. «Ты спешишь, ты не прошел подготовку, обкатку. Тебя могут убить в первом же бою», — что-то кричало во мне. «Ты же хотел воевать?! Вот и воюй! Разведка, что может быть круче?!» — говорил другой голос. «Ты спешишь! Ты спешишь!»

Быстро прощаюсь с оставшимися пацанами. Садимся со Спартаком в прострелянный джип. Вещи в багажник. Едем молча. Вскоре въехали в какой-то микрорайон, посреди которого стоит небольшое двухэтажное здание. Забор из рабицы, КПП. Прям на входе, висит большой черный флаг с летучей мышью, надпись по кругу: «ВС России Военная Разведка».

* * *Здание военной разведки отряда оказалось бывшим домом престарелых. На первом этаже была столовая, разные кабинеты и подсобные помещения. На втором — большой холл и большие комнаты-палаты, одна душевая.

Ко мне подошел, как я потом понял, командир взвода с позывным Виртуоз и записал в отделение к Якуту. Зачем-то объяснив, что это сильное отделение, и оно не сильно ослабнет, если я буду служить там. Затем я пошел располагаться в казарму: там жило около 20 человек, у меня была своя кровать, тумбочка и стул. Командиры жили в соседней комнате в более комфортных условиях. Не успел я разложиться, как мне сказали собираться на блокпост — сейчас моё отделение там.

С 29 августа по 22 сентября я служил на абсолютно бессмысленном блокпосту возле «Амстора», где 5-й квартал.

Рядом с тротуаром в ёлках и кустах были вырыты окопы, небольшие блиндажи, на полянке с пенёчками, было что-то, типа столовой. Ко мне подошел Якут, он был смуглый, с узкими глазами. «Вот и россиянин, спецназовец, наверно, какой-нибудь», — подумал я про себя.

— Якут.

— Владлен.

«Не похож, акцента нет… — думаю про себя, — хотя…»

— Вот тебе оружие. Патрон в патронник загоняем с наступлением темноты. Сейчас занимай тут позицию. Мы проверяем машины: если тот, кто проверяет, резко упал — открывай огонь по машине. Ясно?

Всё ясно, и я максимально ответственно слежу за обстановкой. По тротуару ходят мирные граждане и с опаской смотрят на кусты, где мы сидим. Слева и справа еще кто-то сидит в засаде. Я был предельно внимателен.

На смену одно отделение — 11 человек. Личное оружие было только у половины личного состава: наши сменщики оставляли нам своё. У двоих — троих было по гранате. Разгрузки и подсумки были не у всех, пачки с патронами лежали в карманах. Да и зачем разгрузки, когда запасной магазин был у командира и ещё кого-то. Один из бойцов служил со своим охотничьим ружьём. Как-то ещё привезли пару РПГ-22.