Зов бедствия

Будто мы в пасть идём.

Разнообразие Стены в плане поведения монстров, было не таким уж и большим. В девяти случаях из десяти твари нападали — иногда бездумно, как нежить, иногда с подобием тактики, как гоблины. Но когда монстры сами отказываются нападать — было впервые.

Впереди на мосту стояло несколько призраков с горящими глазами. Они сдвинулись к краям моста. Чтобы не мешать нам пройти дальше. Но тем не менее проход становился узким, и идти пришлось змейкой, по одному.

Для нападения лучшего момента может уже не представиться.

С двух сторон нас обступали какие-то зайцы, миниатюрные рогатые слоны, силуэты сов с оленьими рогами, и прочие ожившие актёры театра теней. Объединяло всех только неизменное янтарное свечение ртов и глаз.

Мимо проплыли две фигуры длинноухих косуль. Только у правой вместо двух глаз на лице было около пяти светящихся точек.

А затем существа вдруг стронулись с места, заставив нас остановиться и напрячься, морально готовясь к бою. Но духи снова нас удивили странным миролюбием, просто уходя прочь туда, откуда мы прибыли.

Существа… уходили прочь. Будто проводили нас до входа в следующую локацию, а затем вдруг одновременно утратили всякий к нам интерес.

— Что это было? — тихо спросил Рейн, едва последний силуэт призрака с тропы остался позади.

Существ было всё ещё достаточно много, но крупные особи больше не встречались, а остальные старались держаться подальше.

Неужели нас действительно просто отпустили без боя?..

— Иногда.. случается, — неуверенно отозвалась Синица. Будто сама с трудом верила в свои слова. — Некоторые разумные существа, способные определить силу врага, могут проявлять осторожность и не ввязываться в бой. Слышала где-то… Но вижу впервые.

— Хочешь сказать, они оценили нашу силу и решили не связываться? — удивился Рейн.

Сайна с некоторым страхом покосилась в сторону Тии.

Та восприняла это за немой вопрос, и пояснила:

— Они чувствуют сильного хищника. Эти духи — естественная пища для спектрального волка.

Любопытно — сама Тия не встречалась вживую ни с теми, ни с другими. Значит, эти знания в неё вложил терминал и фрагмент?

Но зря Тия это, конечно. Я пока ещё не настолько доверял Синице. Она и так увидела уже слишком много. И я пока не до конца понимал рыжую проходчицу. Покидать нас она не спешила, возможно боялась идти в одиночку — это вроде как один из главных запретов. Хотя до этого она была готова сбежать, лишь бы не встречаться со спектрами.

Проходчица охотно и щедро делилась так нужной нам информацией о Стене и всеми силами пыталась показать свою полезность, хотя и не забывала напоминать о том, что за знания надо бы и платить. Но как только вопросы касались её лично, она всегда закрывалась и быстро теряла всю разговорчивость.