Красное бедствие

– Что ты здесь делаешь? – только и спросил он, склонив голову к плечу.

– Живу. – Хести залезла в соседнее кресло с ногами и пожала плечами. – И мне это не нравится, калека.

– Что именно?

– Эта ссылка. – Хести схватила печенье и засунула его в рот целиком. – Зачем твой полоумный братец нас сюда отправил?

Из ее рта вылетели крошки. Савьер досадливо поморщился.

– Чтобы присмотреть за Элинор и Джемини, я полагаю.

– А я полагаю, что он просто избавился от тебя, чтобы ты не путался под ногами.

– Избавился от нас.

– Пф.

Хести дожевала печенье и уставилась в окно. Савьер тоже перевел взгляд на горы, возвышавшиеся над далеким лесом молчаливыми громадами.

«Сейчас отличный момент, чтобы попытаться сблизиться с ней», – подсказал внутренний голос.

– Хести, – откашлявшись, начал Савьер, – кажется, ты хотела научиться этикету?

– Может да, а может и нет. – Жрица снова пожала плечами и откинулась на спинку кресла. – Тебе так не терпится сделать из меня подобие прекрасной Элинор?

– Ты считаешь ее прекрасной? – удивленно спросил Савьер.

– А ты нет? – Хести прищурилась. – Она же выглядит как хренова императрица.

– С твоего позволения, она и есть «хренова императрица», – скрыв улыбку, сказал Савьер.

– Ну да, точно. Только вот править ей не суждено – Лаверн и близко не подпустит никого к вожделенному трону.

– Ты считаешь?

– Прекрати прикидываться идиотом. – Хести наклонилась и щелкнула пальцами перед носом Савьера. – Ты же сам знаешь, что твой братец одержим властью.

– Он считает, что Большой трон принадлежит ему по праву.

– А ты? – Жрица хитро улыбнулась. – Ты так не считаешь?

Несколько мгновений они смотрели друг на друга в полной тишине, затем Савьер вздохнул и отвел взгляд.

Хести наверняка видела его насквозь.

– Будет, калека. – Жрица вдруг хлопнула его по плечу. – Я ведь понимаю, каково быть братом властолюбивого идиота, развязавшего войну.

– Правда? У тебя тоже был брат, который…

– Мать, – перебила Хести. – Моя мать была властолюбивой… Ладно, идиоткой она не была, но власть любила не меньше твоего братца.

– Как она умерла?

– Тебе какое дело? – Глаза Хести сузились. – Никогда не спрашивай о ней.

– Я просто подумал…

– Что мы стали друзьями? Как бы не так, калека.

– Ты невыносима.

– Спасибо.

– Это не комплимент.

Савьер потянулся было к чашке, но Хести опередила его – схватилась за тонкую ручку, поднесла чашку к губам и одним глотком допила все, что в ней оставалось.

– Эй! – возмутился Савьер.

– Тебе жалко воды с малиной?

– Не жалко, но ты могла налить себе…

– Как с тобой сложно.

– Со мной?! – возмущенно воскликнул Савьер.