Красное бедствие

Она не испытывала отвращения, только жалость. Жалость с привкусом ненависти к Лаверну.

– Нам нужно уходить.

В голосе Фэй сквозило сожаление.

– Заберем ее?

Ромэйн посмотрела на подругу, но та покачала головой.

– Мне жаль, но мы не сможем уйти незамеченными с телом на руках.

– Сможем, – тут же возразил Хэль. – Просто идите за мной.

Ромэйн показалось, что в темноте подземелья забрезжил золотой рассвет. Чувство благодарности заполнило все ее существо.

Уверенный и спокойный, Хэль взял плащ у Райордана и вернулся к ней. Он присел рядом и мягко коснулся ее руки.

– Поможешь мне?"

"Вместе они бережно обернули тело бывшей леди Кловер плащом. Ромэйн наблюдала за Хэлем и не заметила ни намека на отвращение. Ей было приятно, что он не морщится, прикасаясь к тому, что когда-то было ее матерью.

– Когда мы выйдем из подземелья, просто не смотрите ни на кого, – сказал Хэль, прижав к груди спеленатое тело. – И молчите.

Ромэйн последовала за ним безмолвной тенью. Она пыталась наступать на его следы, пыталась превратиться в невидимку, чтобы облегчить Хэлю задачу. Что-то подсказывало ей, что даже для него это непросто, потому Ромэйн отчаянно желала сделать хоть что-то, чтобы поддержать его.

В коридоре замка им не встретилось ни одной живой души. Ромэйн открыла тяжелую дверь, пропуская Хэля, и заметила, что на улице уже стемнело. Она надеялась, что это сыграет им на руку.

Они шли друг за другом по внутреннему двору крепости, опустив головы. Проходившие мимо солдаты в черно-багровой форме не смотрели на них, будто внезапно ослепли. Ни собаки, ни пленники, запертые в больших клетках, не видели их. Даже эмпуссии, кружившие в небе, не пытались напасть.

Сила Хэля впечатляла.

Когда ворота остались позади, Ромэйн осмелилась остановиться и обернуться.

Синяя Крепость больше не напоминала место, в котором она выросла. Каменные стены потемнели, горящие факелы и подсвеченные огнями свечей окна не добавляли уюта – наоборот, в тенях, отбрасываемых пламенем, таилась опасность. Жизнь покинула замок, он выглядел… уставшим, опустошенным, будто после смерти лорда и леди из него ушла душа.

– Я все равно верну Синюю Крепость, – вслух пообещала себе Ромэйн.

– А я помогу тебе, – твердо добавила Фэй. – Мы вышвырнем отсюда людей узурпатора, а всех виновных отправим под суд.

– Я бы убила их, – спокойно сказала Ромэйн. – Каждого, кто пытал моих людей. Каждого, кто посмел склониться перед Лаверном Вторым.

Не так давно она испытывала жалость к солдатам, которые должны были исполнять волю сумасшедшего правителя, но не теперь. Не после того, что она увидела в темнице; не после того, как она увидела полные боли и страха глаза запертых в клетках людей.

Все присягнувшие на верность узурпатору виновны.