Я - твоё стихийное бедствие [СИ]

Я смотрел на его лицо, на его губы — и плыл… Пришёл зверёк северный! Как девчонка, мать твою! Встряхнул головой, отступил в сторону и пригласил гостя пройти в комнату. Заметив моё состояние, Кер не отводил от меня взгляда. Его глаза, казалось, стали совсем синими. Он закрыл дверь, хотя без моего разрешения в комнату бы всё равно никто не осмелился бы войти. У меня пересохли губы, и я провёл по ним языком. Кер застыл, затем поставил свои приношения на стол и… Через мгновение я уже неистово горел в его руках. Его губы были горячими, сладкими, восхитительными! В тот момент мне самому захотелось быть ведомым. Для меня эта роль была дебютной, так что я позволил вести тому, у кого было больше знаний в этой области. А судя по тому, что делал со мной Кер, он знал, как виртуозно играть на струнах тела и души."

"Дальнейшее превратилось для меня в калейдоскоп прекрасных мгновений. Его губы на моём теле, сильные руки, скользящие по коже. Я чувствовал себя податливой глиной в руках скульптора, который катал меня по постели, исследовал все уголки моего тела. Я погружался и тонул в своих чувствах… Нежные губы на моём члене — и я почувствовал прохладные пальцы между ягодиц. Мазь с запахом мяты, цитруса и чего-то отдалённо похожего на кофе. Интересный аромат щекотал мне ноздри… Однако все мысли тут же вылетели из моей головы. Кер растягивал меня медленно и нежно. Я уже сам плавно двигался, не заметив, когда пальцев стало больше. Такие необычные ощущения…

Кеша когда-то говорил, что чем дольше и лучше растяжка, тем менее болезненным бывает проникновение. Я надеялся, он был прав.

Кер перевернул меня на живот, покрыл лёгкими горячими поцелуями спину, на миг остановился — и простился со своей девственностью. Уже в третий раз. Боль действительно быстро прошла, сменившись удовольствием. Плавные движения начали сводить меня с ума. Я уплывал вместе со всё более требовательными и собственническими движениями моего любовника. Он как лавина накатывал на меня страстью, всепоглощающей, никогда ранее не испытанной. И наконец эта волна догнала сначала меня, затем Кера. Я выгнулся под ним, застонал и взорвался миллионами искр, принимая такой же фейерверк внутри от Кера.

В себя приходил я с трудом, выплывая из мягкой и тёплой неги. Приоткрыв глаза, я заметил, что Кер смотрел на меня и улыбался.

— Ты моё чудо, Ари. Страстное, необыкновенное чудо, — в первый раз в своей жизни я почувствовал, что краснею. — Вина?

— Пожалуй, — мой голос стал немного хриплым, ведь я в жизни никогда так не стонал и не кричал.

Кер встал и подошёл к столу. Достал из корзинки два красивых бокала и, открыв бутылку, налил нам вина. Я смотрел на его обнажённое тело и восхищался им.