Бедовый 8. Второй кощей

Но всегда найдется какой-нибудь рубежник, готовый ради лишней серебряной монеты на очередное безрассудство.

Но нет. Внутри ничего не было. В смысле — обычная чужанская автомойка. Судя по тому, что я нашел в интернете, она даже функционировала в другие дни. Это сейчас на воротах висела табличка «Не работает по техническим причинам».

Неужели все действительно так просто? Хотя, может, хватит постоянно все усложнять? Ведь вполне логично, что никакой рубежник не станет искать артефакты там, где хистом и не пахнет. Кстати, вот еще вопрос, почему не фонят зачарованные предметы? Которые, к тому же, редкие, судя по всему.

— Короче, давай, — дал я последние напутственные слова Грише. — Как я понимаю, артефакты находятся где-то глубоко. Наверное, там есть яма или что-то наподобие, поэтому промысел и не проходит.

— Разберемся, хозяин. Я же не…

— Знаю, слышал. Вот, держи мешок. Артефакты сложишь сюда.

Мешок был, правда, от картошки, полипропиленовый. Но я его предварительно помыл. Все-таки редкие артефакты и все такое.

Гриша аккуратно свернул переданное, подошел к двери, по-разбойничьи подмигнул одним глазом и исчез. Точнее я знал, что он уже находится с той стороны двери. Ему достаточно небольшой щелочки, и даже мыло не нужно.

Я же вернулся в машину и стал ждать. Нет, я погорячился. Вот именно сейчас настал самый напряженный момент. Больше всего хотелось разворотить дверь, ворваться и лично устроить поиск. Но нельзя. Такой выплеск оставит следы, по которым выйти на меня будет легче легкого. Что веселее всего, возможно, воевода поручит это Следопыту.

Или вэтте не пойдут к Илие, а устроят собственное расследование. Но и тут рассчитывать на снисхождение нечисти не стоит. Несмотря на прошлое хорошее отношение, натянут по самое на балуй.

Гриша отсутствовал долго. Я даже подумал, что успел бы несколько раз поесть в соседней кафешке. Ароматы оттуда доносились сногсшибательные. Судя по всему, сегодня готовили манты и какую-то выпечку. Вот только как можно жрать в такой ответственный момент? Вот и я считал, что нельзя. Потерплю, и для фигуры будет лучше.

Когда бес материализовался возле двери, я чуть не заорал от радости. Мешок, явно заполненный едва ли на четверть, он тянул за собой волоком. Да еще не вытаскивая одну руку наружу. Но напрягло меня не только это. Гриша не то, что был готов заплакать. Он буквально рыдал, изредка размазывая свободной рукой сопли. Так!..

— Садись! — открыл я ему дверь.

И как только бес взобрался на сиденье, я дал по газам. Наверное, это что-то подсознательное — как можно скорее убраться подальше с места преступления. И как только мы поехали, Гриша продолжил реветь.

— Спокойно, все нормально, — почти приказал я. — Рассказывай.

— Ну, как ты и говорил, они оказались внизу… — всхлипывая, начал бес.